– Волк влюблен в тебя, – соблазнительно промурлыкал бог смерти. Я промолчала. – Хочешь позвать его на помощь? Чтобы он спас тебя?

– Он забыл, что теперь я тоже волк. Я спасаю себя каждым вздохом и выбором, который делаю.

Богу смерти не требовался воздух, поэтому грудь Мерика не шевелилась. Вот почему было странно видеть, как вспыхивают его зрачки, иллюзия, принадлежащая живым, когда сам он явно таким не был.

Несколько раздраженный, Анубис продолжил свой путь. Я поспешила за ним, чтобы заполнить пространство позади толпой гелиоанцев и не позволить Берону догнать нас. Я сомневалась, что он сможет настичь нас, даже если окажется рядом. Ведь он не мог видеть нас, только то, как толпа расступалась перед Анубисом. Волк видел, как колышется пальмовый лист на невидимом ветру, но он мог вечно гнаться за порывом воздуха, так и не поймав его.

Берон продолжал выкрикивать мое имя. Когда он поклялся, что все еще чувствует мой запах, Нур и Келум присоединились к нему. Я подумала, не пахну ли я, как Анубис, приторно-сладкой гнилью.

Охранники изо всех сил старались уберечь Атона и Люмина, которые бросились в толпу. Я боялась, что к тому времени, как нам удастся уйти достаточно далеко в странной серости, окутавшей меня и Анубиса, гвардейцы сварятся заживо. Их и без того приглушенные голоса превратились в сплошной гул. Ни Нур, ни Келум не нуждались в целой армии, чтобы встретиться с врагом. Берон и его стая тоже были достаточно сильны.

Когда мы достигли берега реки, где нас ждал причудливый корабль с плоским дном и прочными черными парусами, я оглянулась на свой дом как раз в тот момент, когда вой Берона расколол ночь.

– Возможно, это твой последний шанс сбежать от меня, – заметил Анубис беззаботным тоном. – Уверена, что не хочешь вернуться к нему?

Я ненавидела то, что темный бог говорил как Мерик. Что он произносил слова, используя его губы и язык. Я ненавидела себя за то, что попросила об этом теней книги, которую все еще прижимала к груди.

– Если бы я хотела остаться с ним, я бы так и сделала. А ты и сам поймешь, когда я захочу сбежать.

В ответ бог смерти ухмыльнулся.

– Ситали, я знаю, что ты заботишься о нем так же, как и о своей сестре, Атоне и Сол, светящей над нами. Ведь я создал ложь и иллюзии, помнишь? Я чувствую их вкус за много миль.

– Я сделала свой выбор, – упрямо настаивала я. – Я поднимусь на борт твоего корабля.

– Ты готова пожертвовать собой ради них?

Я крепче сжала книгу мертвых.

– Ты планируешь убить меня? И что тогда? Ты потеряешь рычаг давления на них.

– Смерть – не единственная жертва, которую можно принести, – сказал Анубис, подойдя достаточно близко, чтобы его килт задел мое платье.