Но не стоит забывать, что чем гнуснее вампир, тем обходительнее он себя ведёт и тем ласковее кажется!

– Хорошо, – согласилась она. – Но тогда я займусь вашим друидическим гороскопом.

– Да пожалуйста, если не станете вставать с постели.

Он подал ей свою холодную руку, а она взяла её без особого отторжения, будто он был благородным дворянином. Странно было об этом думать, но, по крайней мере, враг не казался таким отвратительным, как поначалу.

Экспиравит проводил её до башни. Освальд снова отсутствовал, поэтому он сам помог ей зажечь свечи и удалился. А Валь ещё какое-то время сидела с гребнем для волос и глупо смотрела на расписной кувшин с водой. Разве это не есть гипноз? Сперва этот монстр кусает её до полусмерти, а теперь расшаркивается, как ни в чём не бывало. А она и верит, что он не страшен, как в это верит крыса, посаженная перед удавом.

Шуршание на шкафу заставило её оторваться от узоров на посуде. Она сощурилась и в танце свечного огня увидела, как бумсланг заглатывает самого мелкого из нетопырей. После такого он будет спать не один день.

Зато он это точно заслужил. Уголки губ Вальпурги поднялись, и она с садистским удовольствием наблюдала за трапезой Легарна, пока гребень медленно разбирал её вороные пряди. Крошечный змей убил четырёх чёрных мундиров, одного позорного стража и одного личного гвардейца Экспиравита. Сейчас ему больше было нельзя этим заниматься, но он сыграет свою роль.

Днём, когда она занималась своими делами и прилежно вырисовывала судьбу Экспиравита согласно книжке о предназначениях, написанной древними рендритами, её ждало очередное испытание. И оно оказалось не связано с тем своеобразным кушаньем, что ей вперемешку с кровью преподносил Освальд. Оно в очередной раз прилетело, как дурной ветер, плохими новостями.

– Что-то вы совсем не едите, дорогая моя, – проворчал схолит, который заправлял свою постель. – Никак вы уже знаете?

– Что знаю? – не отвлекаясь от текста, спросила она. Читать в кровати оказалось очень удобно. Даже умиротворяюще. Понятно, почему мама запрещала это: подобное времяпровождение очень расхолаживало.

– Да только что мне адьютант Бормер передавал, что Валенсо вас вроде как приглашал в следственную службу. Что-то там с женщиной из Девичьей башни. Но вы же не пойдёте…

– Пойду! – оборвав его на полуслове, быстро сказала Валь. И тут же захлопнула книжку.

Хлопотами схолита ей организовали коляску, как благородной леди, до самого здания следственной службы. И через считанные минуты она была уже на пороге кабинета Рудольфа, где теперь поселилась заморская мразь. Валенсо шуршал пером на пергаменте, а сбоку от него сидела бледная и буквально посеревшая Эми. Её рыжие волосы были затянуты в пучок внизу затылка, а глаза распахнуты, замершие в ужасе. Она, кажется, не поверила, что Валь всё-таки пришла.