Когда карета тормозит, Аэрт первым выходит из нее, грациозно спрыгнув со ступеньки, и подает мне руку. Увлеченная своими мыслями и засмотревшись по сторонам, я ставлю ногу мимо ступени и лечу прямо вниз. Огненный кот обладает лучшей реакцией, чем я, поэтому в ту же секунду я оказываюсь в его руках.

— Осторожнее, — скорее мурлычет, чем говорит он, не сводя с меня чарующего взгляда.

Он прекрасен, его красота и обаяние делают его похожим на принца, сошедшего со страниц любимых книг моего детства. Возможно, поэтому его трепетное ко мне отношение, которое он демонстрирует в последнее время, кажется чем-то сказочным и… неискренним. Он привычнее и понятнее для меня в роли язвительного, грубого, циничного лидера, но никак не нежного и внимательного сказочного принца. Может быть, просто место моей опоры, которое Аэрт готовит для себя, уже прочно занято? В последние дни много раз задавала себе вопрос, любила ли я Ивеса, или это чувство было продиктованным гормонами и помутнением? И сейчас, глядя в его золотые глаза, я понимаю, что любила. Но того, другого Аэрта, недоступного и от того желанного. Мне даже немного хочется, чтобы он вновь искривил губы, бросил на меня уничтожающий взгляд… Тогда бы все стало на свои места.

— Почему ты так на меня смотришь? — он отпускает меня, отодвигая в сторону, чтобы остальные члены нашего отряда смогли покинуть карету.

— Что с тобой случилось, Аэрт? — поддавшись неизвестному порыву, прямо спрашиваю я.

— Мне стоило дать тебе упасть? — он правильно понимает, о чем именно я думаю.

— Нет, но…

— Но?

— Поторопитесь, — призывает нас Хаган. — Поезд не будет ждать, пока вы… пообщаетесь.

Он с трудом подбирает слово. Видимо, остальные варианты более обидные. Я смотрю в удаляющуюся спину куратора. В случае с ним мне совсем ничего не понятно. Какую роль в моей судьбе он для себя выбрал? Почему он то холоден и отстранен, то сметает все грани субординации? Одно я знаю точно — запуталась я не только в происходящем, но и в своих отношениях с окружающими.

32

Поезд действительно уже наготове и трогается ровно тогда, когда мы вскакиваем в последний вагон. Достав из внутреннего кармана билеты, полковник Ирэ внимательно вчитывается в напечатанные на машинке буквы.

— Итак, у нас три купе, — оповещает нас куратор. — Полагаю, всем будет удобно, если кадет Арос займет отдельное.

Рот и Инди молчат. Не услышав возражений, Хаган отправляется на поиски наших дорожных апартаментов. Они располагаются во втором вагоне от начала состава. Это купе высшего класса. Папенька мог хотеть моей смерти, но вот позволить мне ехать в некомфортной обстановке выше его сил.