— Нет! — отчеканила девушка, забирая из его рук сосуд и ставя его на пол. — Я хочу освободить тебя! Сейчас же!!!

«Кот» был очень изумлен. Но потом черты его лица смягчились, и он даже улыбнулся.

— Спасибо… Эвери, но, как я уже говорил, я должен побыть твоим рабом еще год….

— Тогда больше не выполняй грязную работу без необходимости! — приказала Эвери строго. — Ты… ты должен сохранить свое достоинство, несмотря ни на что…

Вайлет посмотрел на девушку с каким-то необъяснимым чувством, похожим на восхищение, а потом почему-то покраснел, опуская глаза…

— Спасибо… тебе, — пробормотал он и поспешил отвернуться…

После завтрака, состоящего из мяса и сыра, служанки пригласили Эвери последовать в центр палаточного поселения, и она, поправив на себе одежду, вышла из шатра.

Она была очень взволнована: чувствовала, что сейчас произойдёт что-то важное, и не ошиблась.

На небольшой площадке в центре палаточного городка набилось огромное множество народа. Ее уже ждали.

Главы племен стояли в центре, лениво переговариваясь друг с другом, но при появлении Эвери замолчали.

Навстречу ей вышел Рагул-северянин, который вчера проявлял к девушке самое пристальное внимание. Его одеяние из шкур и меха лоснилось в лучах утреннего солнца, а светлая борода сегодня оказалась аккуратно подстрижена.

— Госпожа, — проговорил он, широко улыбаясь. — Мы рады видеть вас! Позвольте познакомить вас с нашими людьми…

Сотни глаз смотрели на Эвери с неприкрытым любопытством, и ей стало не по себе. От беспокойства по телу начала тут же разливаться магия, и ее потоки побежали по рукам и ногам, рискуя вырваться изнутри в такой неудобный момент.

Пока Рагул заготавливал последующую речь, Вайлет тронул Эвери за плечо.

— Будь осторожна! Я чувствую… опасность…

Эвери насторожилась и привычным жестом потянулась к запястью, чтобы как будто снять браслет, но его на месте уже давно не было, и магия тут же напомнила о своей свободе ярким всплеском в груди.

Наверное, именно благодаря этому всплеску Эвери и смогла легко заметить летящую в себя стрелу, вырвавшуюся из толпы.

Магия среагировала столь бурно, что Эвери и сама изумилась до глубины души.

Вокруг ее тела вспыхнул яркий огонь, а из пальцев правой руки вырвалась молния и сожгла стрелу еще в полете. К преступнику же, стрелявшему в Эвери, полетел огненный жгут, поразивший его прямо в сердце, но не зацепивший никого в толпе.

Окружающие ахнули и начали разбегаться в стороны, а виновник упал на землю и забился в конвульсиях, исходя пеной изо рта.