Озрик сводит кустистые брови.
– Уехать? Без?..
Скрежещу зубами при одной мысли об этом.
Это противоречит всем моим инстинктам, но если я не буду уважать ее пожелания, то я ничем не лучше Мидаса.
Я окидываю взглядом замок, словно могу видеть сквозь стены.
– Мы отправляемся через два дня. К черту бал и самодовольного принца. Пусть они все строят козни и интриги до самой смерти. Останемся в Четвертом королевстве и забудем про всех этих гребаных правителей.
Озрик медлит с ответом – наверное, в мой голос просочилась досада.
– Уверен в этом?
Я с трудом киваю, корни моей магии впиваются в кожу. Во мне бушует неугомонная сила.
– Я сам выведу из Дэдвелла шпионов Мидаса. Если они станут гнилыми трупами, то и докладывать будет некому.
– Если этого ты хочешь, то будь по-твоему.
Вот так запросто. И все же в отъезде нет ничего простого.
– Но ты уверен, что хочешь так быстро покинуть Рэнхолд? – настаивает Озрик.
От этой мысли магия потрескивает, и мне приходится сжать руки в кулак. Не ответив Озрику, я поворачиваюсь и ухожу от лагеря. Сапоги увязают в снегу, когда я направляюсь к роще, виднеющейся вдалеке.
– Ты куда? – окликает Озрик.
– Мне нужно что-нибудь сгнить, – бросаю я через плечо. Слышу, как друг что-то бурчит себе под нос, но оставляет меня наедине с собой.
Настало время посмотреть правде в глаза. Как я уже сказал Аурен, меня слишком долго не было в королевстве. Она приняла решение, и я должен с ним смириться, как бы меня не убеждали в обратном инстинкты. Сколько бы ни бунтовала моя магия.
Я презираю политические игры Мидаса, но, быть может, пора разорвать связи и пусть все идет своим чередом. Я вернусь в Четвертое королевство, укреплю его границы и больше не буду беспокоиться о других королевствах, если только они не попробуют вмешиваться в дела моего. Поскольку Мидас зациклен на репутации, я сильно его разозлю, если отбуду раньше и пропущу пир, так что у меня еще есть крошечный луч надежды.
И все же я правда оставался тут только по одной причине, и это точно не чертов бал.