– Сестра, я боюсь…

– Я не дам тебя в обиду!

– Обещаешь? – стуча зубами, спросила Лархен.

– Тебе становится хуже, – засуетилась Лара. – Скорей учи заклинание, чтобы сделать меня девятилетней! Ши-ги-шин-вос-та-ди-пля…

– Но в январе мне исполнится одиннадцать. Ты будешь выглядеть младше.

– Я уже в детстве была рослой. Даст бог, никто не заметит разницы. Повторяй за мной – ши-ги-шин… вос-та-ди-пля.

– Ши-ги-шин… вос-та-ди-пля.

– Повезло, что у тебя цепкая память. Не то что моя, – с грустью улыбнулась Лара. – Теперь протяни руку. Сосредоточься, как учила ведьма, и, не сводя с меня глаз, скажи заклинание.

Лархен справилась со второго раза.

Когда Крэх прибавлял Ларе десять лет, она не испытала неудобства, но теперь… Давящая боль была похожа на ту, какой сопровождалось её превращение в кошку. Только длилась недолго – не успела Лара осмыслить это знакомое чувство, как боль отпустила.

Заклятие значительно укоротило ей рост, одежда Андреаса повисла безразмерным мешком, шляпа лезла на глаза, ботфорты достигали паха, из-за пояса выпала верёвка… А самое главное – с её запястий спали кандалы. Паркет отозвался грохотом, напугав их обеих.

«Нас могут услышать!»

К счастью, никто не пришёл. Лара скинула шляпу и посмотрела на руки – не больше, чем у сестры.

– Раздевайся, Лархен! – Даже голос у Лары сделался выше. – Надо обменяться одеждой.

Сестра, ещё поражённая тем, что натворила, распустила шнуровку своего чёрного корсажа. Лара помогла ей стянуть юбки, сорочку и шерстяные чулки, чтобы надеть всё это на себя.

– Как же… как? – не смея коснуться мужской одежды, шептала Лархен.

– Одевайся, потом не получится!

– Боже, прости меня…

Лара, постоянно носившая мужское, поняла, что юбки стали ей непривычны. Ещё непривычнее было иметь такие крохотные руки и детское тело…

– Похожа я на тебя? – нарядившись маленькой протестанткой, спросила Лара.