— Погоди, — я накрываю её ладонь своей и слегка сжимаю пальцы, давая Лизе понять, что всё нормально.

Влас начинает приходить в себя. Мне кажется, его щёки чуть розовеют.

— Я не смог его остановить, — шепчет он, открывая глаза. Голубые и чистые. Глаза жертвы. — Я сказал, что они невиновны, что все уже получили своё за смерть Евы, но он… Своих детей у Христофа не было, а потому гибриды для него — родная кровь.

— О чём ты говоришь?

— Вам нужно бежать отсюда как можно дальше, — не замечая никого вокруг, тараторит Влас. Он весь дрожит. От такого зрелища у меня встаёт ком в горле. — Хоть кто-то должен спастись… Хоть кто-то…

Я протягиваю ему ладонь, и в этот раз он хватается за неё, да так сильно, что я охаю. Его дрожь передаётся мне: рука до самого плеча идёт ходуном.

— Скажи всем, что мне очень жаль… — умоляет он. Из последних сил борется, и эта внутренняя битва даётся ему с невероятным трудом. В промежутках между предложениями, он что-то беззвучно шепчет. Кому — я догадываюсь. — Я не хотел никого… Они были моими друзьями… И Виола… Она такая хорошая, а я врал ей…

Влас обрывает сам себя. Секунда — как резкий удар током, — и вот передо мной снова бледный, но уверенно стоящий на ногах темноволосый юноша, глаза которого заволокло едва заметной пеленой. Он отбрасывает мою руку и произносит, едва размыкая губы:

— Спасибо, что выполнила своё обещание.

Сжав катушку в кулаке и бросив на меня последний взгляд, полный чего-то, что мне не удаётся опознать, Влас исчезает за каменной плитой. Когда я кидаюсь за ним, то ни портала, ни Власа уже не нахожу.

— Как думаешь, что он имел в виду? — спрашиваю я Лизу.

Испуг на её лице становится мне ответом.

— У меня на нарукавнике четыре сигнала «SOS»: два от Рэма, один от Вани и один от Марка, — произносит она, отрывая взгляд от экрана.

«Хоть кто-то должен спастись… Хоть кто-то…»

— Нам срочно нужно возвращаться! — восклицаю я.

Лиза кивает:

— Откроем портал.

Она подлетает к камням и прикладывает ладонь к одному из них, растопыривая пальцы. Символы клятвы вспыхивают, как десяток маленьких бенгальских огней, пуская магическую энергию по венам Лизы. Когда она доходит до кончиков пальцев, под ладонью начинает появляться нечто, напоминающее горящую лужицу. Она растёт всё больше, пока не доходит до границ камня. Тогда её цвет меняется с оранжевого на бледно-серый, а сама поверхность твердеет, превращаясь в… дверь с круглой ручкой.

— Быстрее, — бросает Лиза мне через плечо. — И держи оружие наготове. Что-то мне подсказывает, что сейчас мы ступим далеко не на мирные земли…