Я поворачиваю ручку, раздаётся щелчок. Наконечник троится, распуская заострённые лепестки подобно смертоносному цветку.

— Недурно, — присвистываю я.

— А ещё удобнее, чем бегать по горам с мечом, изображая из себя короля Артура.

— Ага, — я выставляю руку с дубинкой вперёд. — А так я похожа на папашу Ариэль.

Бен прыскает. Замечаю, как он мельком оглядывается по сторонам, пока вновь возвращается к поиску чего-то в коробке.

— Итак, — протягивает он нехотя. Морщит нос и кусает нижнюю губу, будто только что получил лёгкий удар в живот. — Ты хотела о чём-то там поговорить.

— Уверен, что не начнёшь биться в конвульсиях?

— Нет, не уверен, — Бен качает головой. — Но что-то мне подсказывает, тебя это всё равно не остановит.

Когда он снова поднимает на меня глаза, я вижу медленно исчезающую с губ улыбку и сдвинутые к переносице брови:

— У тебя лицо такое же, какое было тогда на крыше, — говорит он. — А мы сейчас на земле стоим. Всё так плохо, что ли? Окей… Давай, рассказывай.

Глава 11

Глава 11

— Не понимаю, почему нам нельзя дождаться утра, — говорит Бен.

Его недовольство выражено в образовавшихся вокруг прищуренных глаз мелких морщинках, в напряжённо скрещенных на груди руках, в ногах, которые не находят себе места, то и дело пиная всё вокруг, включая воздух.

— Нельзя больше медлить, — произношу я. — Мы и так ходим по краю. Вдруг, в эту самую секунду у Христофа кончается терпение?

— У Власа, — поправляет Бен. — И восемь часов погоды бы не сделало! А так…

— Какая разница, если тут всё время светло? — встревает Нина. — Не знал бы ты, что сейчас первый час ночи, решил бы, что пора вставать.

— Я, по-твоему, совсем дебил? — Бен поднимает голову к небу.

Серо-розовое, как и обычно, только молочный солнечный диск чуть ушёл за горизонт, уступив место ярким жемчужинам звёзд.

— И всё-таки у Христофа, а не у Власа, — напоминаю я. — Парень тут ни при чём.