— Приношу глубочайшие извинения, господин Леонель. Я поступил недостойно, — начал Лузвельт.

— Соглашусь. Допустим, я принимаю ваши извинения, — ледяным тоном ответил Адияль.

— Я увидел, что твои намерения честны и… более того — чисты. Я даю добро, но не потерплю, если вдруг узнаю, что ты обидел мою дочь. Правда, теперь я стал сомневаться, что ты бы мог так поступить, — пресно растолковал Назар Лузвельт. Но затем его лицо смягчилось, даже подобрело. — В общем, живите и любите!

— А что делать с тем, что я лишился жилья по вашей вине?

— В каком смысле?

— Инцидент, который произошёл из-за нелепого запрета на въезд на территорию вашего поместья для моей персоны, вынудил дворцовых чиновников выгнать меня и Артура из апартаментов. Вы же наверняка знаете, что основными условиями проживания здесь являются высшая законопослушность и отсутствие каких-либо жалоб на нарушение правопорядка?..

— Решим вопрос, сейчас я хотел бы видеть тебя и твоего друга, если он того желает, в гостях у моей семьи. Надеюсь, таким жестом я окончательно подтвержу прозрачность своих намерений?

Ответ был положительный.

XX.

Собрание нового Совета Короны проходило традиционно в стенах Центрального дворца в столице Невервилля. Стоит отметить, что с победы на последнем сражении и укрепления позиций государства на мировой арене города значительно оживились: возобновилась торговля и общественная жизнь, сняли баррикады, полицейских стало много меньше, а люди даже, могло показаться, стали веселее. В общем-то, практически все население Невервилля, включая даже все слои общества, обрело надежду и теперь уже билось не за выживание, а за победу. Это настроение омрачалось лишь введением строгой политики обновленного правительства в отношении беглецов и дезертиров: многих из них ожидал либо эшафот, либо тюремное заключение — в зависимости от цены человека в государственных масштабах. Так, военных, покинувших страну в тяжёлый период и вернувшихся уже после ошеломляющей победы, ожидала служба без возможности повышения до высоких чинов. Но даже этот пункт политики поддержало большинство населения страны.

— Всем добрый вечер. Это первое собрание в этом кабинете в таком составе, и я надеюсь, что наша работа станет успешной. И это же мнение выражает король, который в силу проблем со здоровьем не смог сегодня присутствовать. Вместо него буду выступать я, десница Его Высочества. Никто же не имеет возражений? — стартовал собрание Леонардо Эйдэнс.

Все собравшиеся, переглянувшись между собой, и промолчали. Впрочем, молчание означало согласие.