– Я жив, а мог… – он с грустью посмотрел на останки побратима. – Не смей извиняться, Эрика. Ты и так совершила невозможное. Я бесконечно горд тобой.

Шершавая ладонь отца коснулась моей щеки, стирая с кожи солёную дорожку.

– Ты точно моя дочь? – спросил он чуть шутливо, но серые глаза смотрели с тоской.

– Всё очень изменилось, отец, – горло рвало от эмоций, которые с трудом удавалось сдержать.

Не время для них. Потом мы сможем оплакать погибших. Если сами выживем.

– Вижу, – прошлое тепло ушло из его облика, сменившись привычной, но такой же родной строгостью. Передо мной стоял уже конунг Эрфолка, хранитель севера. – Что происходит? Введи меня в курс событий.

– У ворот армия драгонов во главе с императором Эрвином. У него три Сердца.

– И последняя стихия у нас, – хмыкнул он, мимолётно потеплев глазами.

Он говорил не о силе, а обо мне… Будто повторяя слова богини.

– Откуда… – начала было я, но меня прервал возглас Рикарда.

– Смотрите! – сумеречник стоял у пролома в стене, оглядывая город с высоты замка. – Проклятие спадает само.

И точно, Милдрет прекратила произнесение заклинания, а каменная лоза в помещении продолжает распадаться. Похоже всё дело в том, что обезврежен эпицентр проклятия.

– Аргейл! – в дверях тронного зала появился Стефан, поддерживая за руку бледную супругу.

Милдрет выглядела истощённой и вымотанной. Зелёные глаза девушки смотрели на конунга с испугом.

– Стефан, – улыбнулся отец, протягивая ему здоровую руку. – Рад видеть тебя, сынок.

Он похлопал Стефана по ладони и тогда заметил брачный знак на его коже.

– Это то, о чём я думаю? – он с усмешкой посмотрел на меня.

– Очень многое изменилось, – отрицательно мотнула я головой.

– Позвольте представить вам мою супругу. Милдрет, – Стефан указал на жену, которая, кажется, побледнела ещё сильнее. – Её целительский дар снял проклятие с города.

– Позвольте, – облизав пересохшие от волнения губы, она протянула ладони к культе отца.