— Когда это случилось? — спросил Сизер и, подавшись вперед, сцепил пальцы в замок. — Кто обнаружил тела? Их можно опознать?

— Тел нет, они сожжены, — ответила ллара Эула. — Но личности убитых известны, как и личности убийц.

— Она свидетель? — указав на меня, спросил Мариан.

— Да, эньора Валерия выжила. Единственная.

— Естественно! — хмыкнул мужчина и спросил с сарказмом: — Ну и кто убит? Поведайте, эньора Валерия!

— Нереза, — ответила я, — Вито Марино, Николис Орсо и его сопровождающие. Мы ехали в Тоглуану через Дреафрад, когда повстречали отряд. Это не были чистокровники. Это были плады. Они отравили нас и сожгли тела.

— И лишь вас одну не стали травить и оставили в живых? Так? В это я должен поверить? Это просто смешно!

— Эньор, вы не дол…

— Нет, ллара Эула! — прервал женщину Мариан и поднялся. — Вы не понимаете, с кем имеете дело! Эта вот, — он указал на меня, — способна на все что угодно. Что бы она вам ни рассказала, это ложь.

Ллара Эула тоже поднялась и отчеканила:

— Священный огонь не лжет, эньор! Валерия появилась в моем храме снова, с нагим телом и нагой памятью. Она была убита в Дреафраде, но возвратилась еще раз! Или вы и мои слова назовете ложью?

— Она переродилась снова? Тогда почему она помнит, кто ее убил? Вы же сказали, что ее память была нага!

— Мне почти сразу вернули память, — сказала я.

— Кто?

— Дракон.

— Бред, — отрезал Мариан.

— Как плад, ответственный за Тоглуану, вы должны прислушиваться ко мне, — твердо сказала ллара Эула. — Если вы не примете во внимание мои слова и проигнорируете волю Дракона, то пропадете.

— Вы мне угрожаете?

— Нет, — с сожалением ответила женщина. — Я не угрожаю вам, эньор. Я пришла рассказать о том, что произошло в эньорате, вверенном вам, и о воле дракона, явленной мне. Если вы пойдете против воли дракона, то пропадете. Все очень серьезно.

Сизер метнул на меня горящий взгляд, и желваки заходили у него на скулах.