— Задавишь! — простонала Руана, оказавшись погребённой под тяжко дышавшей могильной плитой.

— Ни за что, — выдохнул он в лицо горячим паром, пытаясь задрать на ней подол.

Тот не задирался, и пылкий влюблённый чуток пришёл в себя. Сполз с уже полумёртвой девицы. Сел и по-хозяйски обозрел поле деятельности:

— Что на тебе надето?

— Платье, — не смогла удержаться от ехидства Руана, вздохнув полной грудью.

— Ты в этом развлекала Бруста? — дошло до назла.

Отчего его лицо принялось наливаться дурной твёрдостью скул, губ, подбородка и взгляда.

— Может, потом это обсудим? — уселась и Руана, подтягивая юбку и поворачиваясь к нему спиной: — Расшнуруй. И быстрей. На первом этаже мой отец. И ему ничего не стоит подняться на второй.

Вся её тщательно впитанная в себя аура благочестия перед лицом родных, превратилась в мыльный пузырь. Который моментально лопнул, едва его придавило исполинской силой мужского желания. Да и собственное не поскупилось.

— Зачем? — ляпнул могучий пентюх, ковыряясь в шнуровке.

— Чтобы прикончить моего соблазнителя, — как само собой разумеющееся, пояснила развращённая им девственница.

— Понятно, — буркнул Яр-Туран.

И рванул несчастный шнурок. А после и платье, едва не содрав его с плеч вместе с кожей. Несмотря на незнакомый фасон, этот бабник моментально справился с подготовкой к чему-то более приятному, чем скандал. А потом долго и пылко справлялся со всем остальным.

Мысль о том, что она сошла с ума, посетила Руану лишь однажды. Когда затопленные горячим вездесущим наслаждением полу придушенные мозги вынырнули из этого марева дабы глотнуть воздуха. Но Радо-Яр решил, что не вполне удовлетворён содеянным. И его губы опять утопили её рассудочность — безжалостно, как бессердечный хозяин приговорённого щеночка.

Она и не подозревала, что так отчаянно стосковалась по этому мужчине. Так бесповоротно удручающе. Руану посетило психованное желание вцепиться в него и не отпускать от себя. Хоть бы тут собрались все таары империи — пускай даже со всеми своими верещащими бабами.

— Что с тобой? — оторвавшись от развратных манипуляций губами в районе женского пупка, поднял голову назл.

Его взгляд из рассеянного моментально превратился в колюще-режущий.

— Не уходи, — ляпнула Руана вовсе не то, что хотела.

Не успела собраться с мыслями, дабы отшутиться. Вот и выплеснула нечто подноготное, чем вообще не стоит слишком баловать мужчин. Ради сохранения пресловутой женской гордости. И повышения самооценки — будь она неладна!

Радо-Яр уставился немигающим взглядом на оставленный в покое пупок. И глухо поинтересовался: