По дороге в Жемчужные Сады её это мало волновало. Но теперь Анастасия вдруг поняла, что на своём первом (и, возможно, единственном в жизни) настоящем балу, где будут и аристократы, и светские беседы, и танцы, она хотела бы блистать в роскошном вечернем платье, а не жаться в уголок в курточке, похожей на облезлую шкурку полинялого тушканчика.

«Зато как обрадовалась Граю! – утешила себя Рыжая. – Ах, Граю! Славный Воробышек…»

Девочка уже успела искупаться до Насти. Под чётким руководством Вириян первая отправилась в баню. Заботливая хозяюшка отмыла замарашку теперь уже по-настоящему и одежду подыскала подходящую. В доме швеи нашлись и вещи, и умелые руки, чтоб за пять минут подогнать платье по фигуре девочки.

И теперь Граю восседала за столом, словно маленькая принцесса. Её окружали люди, в которых она уже не чаяла души, и малышка слегка терялась, не зная, к кому же её маленькое сердечко тянется больше. Она то взбиралась на колени к Вириян, обнимая хозяйку за шею, то ласковым котёнком льнула к Эливерту, то улыбалась светлой улыбкой Насте и Наиру.

Когда Дэини вернулась в дом, чувствуя себя после водных процедур, по меньшей мере, Афродитой, народившейся из пены морской, Граю уже задремала. Уставшая от событий и эмоций девчушка прикорнула в кресле возле Эливерта, тонкими ручонками обвив его сильное плечо. И вид её сонной счастливой мордашки умилял до слёз.

Вириян попыталась увести её в комнату и уложить в кровать, но Граю только пробурчала невнятно сквозь дрёму:

– Нет, я с вами хочу… Я совсем не буду спать. А то дядь Эливерт уедет, а я…

Окончание фразы никто так и не услышал – девочка вновь уснула.

А Ворон шепнул негромко:

– Пусть... Раз она так хочет. Я отнесу её потом.

И Граю оставили в покое, и вновь потекли рекой приглушенные разговоры. И Настя думала, что век бы сидела вот так, слушала и говорила, говорила и слушала, за этим большим, щедрым столом, где было так уютно и спокойно.

Весь дом Вириян был таким светлым, тёплым, что его не хотелось покидать. Видно было, что хозяйка вкладывала в его обустройство душу. Всюду взгляд натыкался на разные приятные сердцу мелкие безделушки: подсвечники в виде двух целующихся голубков, кружевные салфеточки, букет высушенных осенних листьев, статуэтка пузатого белого котёнка…

А в большой комнате, рядом с гостиной – ткани, бисер, золотая тесьма и кружева – пёстрая яркая картина жизни человека, создающего своими руками из обычных кусков материи настоящие шедевры. Несколько ещё незавершённых образцов красовались на деревянных манекенах.

Особенно понравилось Насте одна работа…