Светлый фон

Цепью золотою

Цепью золотою

Прикована душа.

Прикована душа.

О, мой сад прекрасный!

О, мой сад прекрасный!

Дороги позабуду!

Дороги позабуду!

Пленником счастливым

Пленником счастливым

Твоим отныне буду!

Твоим отныне буду!

 

– Ну, довольно, давай передохнём! – предложил Эливерт некоторое время спустя, отводя Настю в сторонку, на то самое место, откуда они ранее вели наблюдение за гостями Лиэлид. – Ты восхитительно танцуешь, дорогая!

– Начинаю всерьёз подозревать, что цель твоей обходительности не развлечь меня, а соблазнить, бесценный мой друг! – продолжая игру, рассмеялась Настя, принимая из рук разбойника бокал, ловко подхваченный им у очередного пробегавшего мимо слуги.

– В твоих подозрениях есть немалая доля правды, солнце моё! Не стану скрывать, я бы не отказался. Но боюсь, что мне уготована иная участь. Ты – крепкий орешек, Рыжая! Посему, быть нам друзьями, и не более…

– Лично я на иное и не претендую, дорогой.

Их хрустальные бокалы встретились, наполнив воздух вокруг тонким звоном.

– Позвольте вас побеспокоить! – окликнул их Иридион.

Рядом с эстийцем красовались худощавые «девицы-журавлята». Кокетливо хлопая ресницами, они не сводили глаз с Эливерта. Чуть в стороне от них держался Наир.