– Перестань говорить об этих мрачных вещах! Не хочу слышать о смерти и разлуке! Я не поеду без тебя, – воскликнул эльф. – Хочешь, чтобы Эктавиан не дождался меня – так и будет! Я слишком долго искал тебя, чтобы оставить теперь одну. К тому же это опасно. Да и Киралейн будет против.

– Я не изменю своего решения, – твёрдо сказала Мара Джалина. – А сын с радостью поедет к эльфам. Он давно мечтает об этом. Его зовёт родная кровь. О моей безопасности думать нечего – я останусь  с Джастином и Элькит. Вам с Киралейном будут  грозить большие опасности.  К тому же я надеюсь, что наша разлука не будет долгой. Возвращайся, как только сможешь, мой ясный князь! А я буду ждать тебя, как ждала уже не раз.

И Мара поспешила к дому, на ходу размышляя, что нужно собрать в дорогу.

Никакие уговоры не подействовали, Мара была непреклонна. Тут ещё Джастин принял её сторону.

Отозвав Лиарина, он сказал:

– Друг, пойми её! Она всегда была гордой. Она – принцесса Светлого края, и для принцессы на её долю выпало слишком много испытаний и унижений. Довольно уже! Она хочет союза с эльфами, но не раньше, чем они сами захотят мира и примут её. Это правильно. Так что, езжай один, и убеди Великого князя, что пришло время забыть старые порядки!

Киралейн пришёл в восторг от предложения отправиться к эльфам, хотя его и огорчал тот факт, что Мара не ехала, ведь он почти  никогда не расставался с ней, сколько себя помнил. И все же решение было вынесено.

Поутру эльфы вскочили на Элилейна и Флейгирана и умчались в моросящий утренний дождь.

***

Эльфийские кони мчались как вихрь. Только вода и грязь разлетались из-под их копыт. Дважды Лиарин чувствовал присутствие зла совсем рядом. Они натыкались на небольшие засады человек по пять-шесть в чёрной форме Каран Гелана. Но воины Катараса не успевали остановить эльфийских скакунов, проносящихся мимо быстрее ветра. А двух особенно настойчивых отогнали стрелы Лиарина.

Эльфы въехали в Элтлантис неподалёку от Мангара, у гор Альриуне.

Долина изменилась… Видны были следы недавних сражений: поваленные деревья, притоптанная земля, пепел пожарищ и, наконец, кровь, оружие и даже несколько убитых в чёрных одеяниях.

Лиарину хотелось немедленно оказаться в родном селении. Но он боялся вступать на Тенистые тропы, ибо теперь пути иного мира могли измениться за время его отсутствия. К тому же они были на лошадях, да и Киралейн никогда не бродил эльфийскими дорогами, а ведь у него даже камня ещё не было. Юный эльф мог сбиться с пути и забрести к Морю. Так что Тенистые тропы казались слишком опасными. И ускорить путь можно было, лишь подгоняя и без того молниеносных Флейгирана и Элилейна.