— Лука не могла не разведать, — насторожилась Ласла. — Что она нашла?

— Все как он и говорит, ваше величество, — покачала головой секретарь. — Учился в академии Жеиса, даже состоял в совете магов до войны, потом долгое время жил в горах как жрец-отшельник дракона. На войне лишился кистей рук, с тех пор остался во Фрите. За мелкую монету чистит ботинки на главной площади. Так же за ним водится репутация безумца.

— Надеюсь, он не пришел просить милостыню, — откинувшись на спинку трона, Ласла посмотрела на меня. — Что ж, Ганс, кажется мы нашли какого-то сумасшедшего. Что скажешь?

— Почему нет, дадим ему шанс, — улыбнулся я. — Собственный опыт общения с сумасшедшими подсказывает мне, что это может быть как минимум интересно.

— Впусти его, — приказала секретарю королева. — Посмотрим, что нам скажет этот Лот сонор Тенбрук.

Мышь поднялась со своего места и вышла за дверь. Там она пробыла дольше, чем обычно — минуты две, не меньше. И вот, когда я уже начинал волноваться, секретарь, наконец заглянула в дверь и спросила рассеянно:

— Сонор Тенбрук пришел с… эм… своей приемной дочерью. Он не хочет входить без нее.

— Пускай входят, — махнула рукой Ласла. — Давайте покончим с этим побыстрее.

Лот сонор Тенбрук оказался горбатым, покрывшимся от старости пигментными пятнами стариком. Кривые крупные зубы будто бы чуть торчали из его рта — желтые, неприятные, явно шатающиеся. Морщинистые веки нависали над подслеповатыми глазами складываясь гармошкой. Одет старик был как самый настоящий бродяга, в какое-то несусветное рванье. А уж какой от него донесся колоритный запах! Я, честно сказать, еле удержался чтобы не поморщиться, он даже под маску проникал, этот аромат бездомного. И при всем при этом за этим человеком, между обрубками рук которого была протянута черная длинная тряпка — видно, для чистки обуви — семенила вполне приличного вида девчушка, больше, правда, похожая на мальчишку. Жидкие, коротко остриженные волосенки торчали из под кепки в разные стороны, ноги тонули в большеватых ей сапогах, а рубаха была напротив — мала.

— Добрый день, ваше величество королева, ваше высочество принц, — неожиданно бархатным голосом, какого я не ожидал от старика, поздоровался гость. — Рад, что вы приняли меня в этот прекрасный день. Ну-ка, Катерина, тоже поклонись.

И они согнулись пред нами в пояс. Старик даже положил на лопатки своей приемной дочери обрубок руки, чтобы проконтролировать ее поклон.

— Добрый, — коротко ответила королева, а потом кивнула мне.

Ясно, понятно, придется отдуваться. Ну еще бы, моя же инициатива.