– Вроде бы, ваша матушка умерла от грудной жабы? – тихо спросила я.

– Нет, она отравилась, – спокойно ответил Рихард.

– Отравилась?.. Из-за чего? – я прикусила язык, сообразив, что спрашивать о таком – бестактно.

И так ясно, что жизнь с драконом довела эту бедную женщину до края.

Но отравиться, когда на руках двое малолетних детей… На это должны быть веские причины.

– Когда мы с братом родились, и стало ясно, что мы – драконы, – продолжал Рихард, – отец решил избавиться от Тевиша.

– От герцога Мастини? Почему? Он ведь тоже дракон.

Сегодня был, поистине, день откровений. И более чем странно было то, что король Рихард так разговорчив.

– Тевиш старший, – пожал он плечами. – Он должен был наследовать всё. По человеческим законам старший сын наследует, остальные сыновья остаются ни с чем. Отец хотел именно так решить вопрос о наследстве.

– Не верю, – вырвалось у меня. – Какая жестокость!

– Но убить Тевиша не получилось. Его мать оказалась злючкой не хуже драконицы. Зарезала убийц, – Рихард нехорошо усмехнулся углом рта. – Когда моя мать узнала об этом, то встала перед отцом на колени, умоляя не трогать Тевиша. Отец рассвирепел начал кричать, что ей дороже чужой ребёнок, чем свои сыновья. Тогда они сильно поссорились. Отец сказал, что не желает её видеть. Мать ушла. Даже не плакала. Ни слезинки не пролила. А через неделю отравилась. Отцу передали её последнее желание, она просила не трогать Тевиша. Сказала, что не в силах смотреть, как её муж становится сыноубийцей. После этого отец больше не пытался убить Тевиша. Но отослал его и его мать далеко от столицы. Он очень горевал из-за гибели моей матери, и винил себя в её смерти.

– Вполне обоснованно, – пробормотала я, но Рихард услышал и кивнул.

– Он жил с этой виной до самой смерти. После моей матери никого уже не было. Она была единственной и последней, – король говорил почти равнодушно, но я видела, как он захвачен воспоминаниями. – Я не сказал Тевишу, что это отец пытался его убить. Тевиш не простил бы.

– И он не знает до сих пор?

– Никто не знает. Даже Тюнвиль. Только я и ты.

Я промолчала, пытаясь понять – радоваться ли такому доверию или пугаться. Но было ещё кое-что, что я собиралась выяснить.

– Если вы родились от матери-простолюдинки, – сказала я, – то зачем ищете чистокровную принцессу? Дети рождаются по воле небес, а не из-за чистоты крови. Вы сами тому пример.

– Как ты думаешь, – он перевёл взгляд на меня, и чёрные глаза блеснули, – сколько женщин было в моей жизни?

Я пожала плечами и покачала головой, показывая, что даже не представляю.