Таво указывает на Сьювэла, а затем на меня.

— Кто твой новый дружок, Фэллон?

Солёный ветер нагибает высокие пальмы, растущие вдоль ворот, и поднимает высвободившиеся прядки моих волос.

Я завожу непослушные прядки за ухо.

— Он распорядитель моего коня.

— Правда? — брови Таво взлетают вверх. — С каких пор у тебя есть конь?

— С тех пор, как я решила съездить в Тареспагию, чтобы познакомиться со своей прабабушкой перед тем, как король бросит меня змеям. Я подумала, что было бы неплохо увидеться с ней хотя бы раз в жизни.

Напряжение полностью исчезает с прекрасного лица принца.

— Фэллон, — выдыхает он моё имя, и это похоже на ласкающий вздох. — Ты не умрёшь.

Нет, не умру. Потому что я не планирую плавать в Марелюсе.

— Вы проделали весь этот путь верхом, Принчи?

Ропот стучит копытами по земле, так как ему, видимо, не терпится тронуться в путь.

— Я… — он сглатывает. — Я прибыл по морю.

Он изучает моё лицо своими проницательными глазами.

— Тропа, которую обнаружил капитан, оказалась затоплена.

— Так вот почему земля задрожала после того, как я взобралась на гору!

Несмотря на то, что скоро между Данте и мной не будет секретов, мне необходимо держать кое-что в секрете, пока Морргот не сделается цельным.

Данте так тщательно меня осматривает, что я начинаю беспокоиться о том, что он может уловить слишком быстрое биение моего пульса.

Спустя мучительную минуту, он отводит от меня взгляд и переводит его на Сьювэла, который почтительно опустил глаза вниз, как того и ожидают от людей.