Прозвище, которое он мне дал, начинает по-настоящему меня раздражать.

— Фэллон?

Бороздка между бровей Данте говорит мне о том, что он уже не в первый раз называет моё имя. Он кивает на раскрытые ворота.

Мне даже не приходится пришпоривать Ропота или трясти за поводья. Мой конь, как всегда, знает, что делать.

Когда мы заезжаем на территорию Тареспагии, мои челюсти начинают расслабляться, а раздражительность испаряться. Но это не значит, что я готова простить ворона.

Не отрывая взгляда от песчаных укреплений, окружающих поместья чистокровных фейри, я решаю по полной использовать умение ворона.

«Раз уж ты умеешь читать мысли, Морргот, расскажи-ка мне о мыслях, которые крутятся в голове у Данте. Считает ли он, что я вру?»

— Почему ты не приехала ко мне? — говорит Данте, останавливая своего коня рядом с моим.

В отличие от улиц Сельвати, целый табун лошадей мог бы пронестись плечом к плечу по этому проспекту.

Я застёгиваю верхнюю пуговицу кителя Данте, чтобы он не свалился с меня.

— И зачем бы я к тебе пришла?

— Чтобы рассказать мне о своём желании поехать в Тареспагию.

— Я слышала, что у тебя были гости, и не хотела тебя отвлекать.

Кто бы мог подумать, что присутствие принцессы Глэйса могло оказаться так кстати?

«Бронвен… — отвечает тоненький голосок, который не принадлежит Моррготу. — Конечно же, всё это подстроила Бронвен».

Мою кожу покрывают мурашки, когда я в очередной раз осознаю, что я всего лишь марионетка.

«Это Бронвен пригласила принцессу, Морргот?»

Данте сжимает челюсти.