— Я согласен.

— И надо прекратить охоту на змеев.

За моим предложением следует молчание.

Я разворачиваюсь в седле.

— Ты меня услышал?

— Я услышал тебя, но пока они будут нападать на нас…

— Если мы перестанем нападать на них, они перестанут нападать на нас.

— Мы не жители Шаббе.

— И я не жительница Шаббе.

— Ты можешь разговаривать со змеями, Фэллон. Ради святого Котла, перестань это отрицать!

Тон его голоса заставляет меня сжать зубы.

— Объясняю в последний раз, я не умею разговаривать со змеями, но я чувствую с ними связь так же, как я чувствую связь с большинством животных.

«Потому что ты ворон, Фэллон. Животные чувствуют нашу сущность через нашу кровь».

Мои веки взмывают вверх, когда я вспоминаю реакцию Минимуса на мою рану. И ведь Морргот тоже…

Я никак не могу привыкнуть к его имени. Лоркан. Лоркан. Лоркан. Я стараюсь вбить в голову это слово, чтобы вытеснить из неё другое.

Лоркан наконец-то решил для меня эту загадку. То, что я не смогла это понять, когда он рассказал мне о моём отце — выше моего понимания. Может быть, я не смогла этого сделать, потому что тогда я ещё не приняла свои корни?

Не то, чтобы я приняла их сейчас.

— Откуда ты знаешь, что ты не из Шаббе? — раздаётся хриплый голос Данте рядом с моим виском. — Ты познакомилась со своим отцом? Это ещё один твой секрет?

Я раздражаюсь, но напоминаю себе, что Данте всё ещё находится под воздействием шока.