А утром я проснулась от тихого разговора, очень тихого и где–то в отдалении, но если обострить магический слух.

— Тебе не жаль девочку?

— Эта девочка не нуждается в жалости!

— Она нуждается в правде.

— Она к ней еще не готова и когда узнает все, — я ее потеряю.

— Ты и так ее теряешь. Или ты настолько тупой, что этого не понимаешь?

— Понимаю… Понимаю! Но сделать с этим ничего не могу!

— Поговори с ней. Ты должен с ней поговорить.

— Не дави на меня. Я поговорю, когда буду готов.

— А, так значит, это не она, это ты не готов?

— Заткнись! Просто заткнись!

Да, я успела сделать вид, что сладко сплю и, возможно, даже удалось бы обмануть Рики, но у меня же все не вовремя. Ментальный блок, неожиданно возникший между мной и моим нетопырем вчера утром, сегодня решил рухнуть. Ровно в тот момент, когда Рикиши и Нибрас ввалились в пещеру.

— Леди?

Под прицелом настороженно–подозревающего взгляда моих умений притворяться не хватило. Так что я выскользнула из–под руки тут же открывшего глаза мужа, который, наверняка, тоже все слышал. Славно посекретничали мальчики. Отлить сходили, как я поняла по сопровождающим разговор шумовым эффектам.

— Ну что, завтракаем и в путь? — неестественно бодро поинтересовалась я и тут же почувствовала, как на моем плече сжались пальцы Бхинатара.

Странный незнакомый прищур глаз Рикиши заставлял меня нервничать, и, наверное, муж почувствовал это. Приятно, что меня сразу кинулись защищать, но плохо, что сейчас из–за меня может возникнуть небольшой конфликт в команде. Но… Приятного больше!

Я ласково погладила Бхинатара по руке и одновременно улыбнулась Рики:

— Завтракать, мальчики, и в путь!

В этот раз мой голос был не то чтобы властный, но более уверенный, точно.

Перекусили мы в более–менее дружеской обстановке. Рикиши помалкивал, искоса поглядывая то на меня, то на Бхинатара, то на Ярима. Последнего происходящее искренне веселило, но при этом он тоже помалкивал, осознавая, что сейчас малейший чих может спровоцировать взрыв, и крайним окажется именно он.