Я пытаюсь заговорить, пытаюсь сказать, что ее представление о семье слишком извращено, но даже не могу пошевелить языком.

– Если не встанешь на мою сторону добровольно, я буду вытягивать из тебя энергию до тех пор, пока ты не вернешь мне мою магию. – Мираса снова гладит меня по волосам, от ее холодной ласки у меня сводит живот. – Так вот оно, твое истинное лицо. Ты так красива, дочь моя.

В этот момент я понимаю, что моя магия, должно быть, исчезла, когда я потеряла сознание. Наконец, мне удается снова открыть глаза. Лицо Мирасы расплывается перед моими глазами, но, как только зеленые радужки ее глаз становятся прозрачными, меня охватывает ужас. Повинуясь инстинкту, моя магия возвращается на место.

Водяная фея отдергивает руку и тихо усмехается.

– Мне все еще не нравится эта сторона твоей магии, Астрид, но теперь она не сможет мне помешать. Ты надела эту маску в тот момент, как оказалась на поляне. Надев ее снова, ты не напугаешь меня. Отражай мои худшие качества сколько хочешь. Это не изменит того, что должно случиться.

Я снова пытаюсь пошевелиться, пытаюсь заставить свои губы, руки, что угодно, хотя бы дрогнуть. Но ничего не выходит. Теперь я понимаю, почему так много ее жертв, заманенные на край озера, истощенные, неспособные бороться с водой, заполняющей их легкие, утонули. Какая печальная ирония: существо, питающееся любовью, послало так много людей на жестокую, никак не связанную с любовью смерть. Сомневаюсь, что сама Мираса когда-либо была влюблена.

Но я была.

Я вспоминаю лицо Торбена, его улыбку, силу его прикосновений. Успокаивающее тепло его медвежьего меха. Затем я думаю об отце. О том, как он любил меня, принимал мою магию. О его доброте. Заразительном и громком смехе.

Покалывание поднимается к моим губам, откуда распространяется на пальцы рук и ног. Медленно, мучительно, дюйм за дюймом ко мне возвращаются силы. Не полностью, но достаточно, чтобы позволить мне сесть. Встать. Мираса тоже поднимается на ноги, оглядывая меня сквозь едва открывшиеся веки.

– Ты быстро пришла в себя. Я спрашиваю еще раз: готова ли ты сотрудничать? Я не хочу истощать тебя снова.

Я качаю головой.

Мираса обнажает зубы.

– Тогда верни мне мою магию. Это твой последний шанс, Астрид. После этого я не стану тебя жалеть.

– Я не знаю, как вернуть ее, – отвечаю я, слова кажутся тяжелыми на моем языке. Я покачиваюсь, но мне удается твердо упереться ногами в траву. Внутри меня накапливается все больше и больше силы, согревающей и укрепляющей меня. – Думаешь, я хотела владеть этой магией?

– А разве нет?