Кто-то из верегов расторопно подал ему второй щит. Хальвдан дал себе миг передышки. Кровь понеслась по жилам, разгоняя уснувшую силу Хозяина леса. Словно медведь по весне заворочался в берлоге, почуяв призыв к пробуждению. Сигнар, легко переступая, вмиг зашёл ему за спину. Хальвдан развернулся, выставляя щит. Удар огромной силы пробил в нём узкую щель. Лезвие топора застряло, и брат чуть замешкался, пытаясь его выдернуть. В последний миг он ушёл от атаки, так и оставив пленённое оружие. Но снял с пояса меч.

Хальвдан отшвырнул негодный более щит и взял второй. И тут же Сигнар налетел вихрем — только успевай отбиваться. Но каждое его движение казалось медленнее, чем было на самом деле: то говорила внутри кровь берсерка. Но и ульфхеднар тоже явил себя. Атаки брата становились всё молниеноснее, а он уворачивался всё ловчее. Знал, попадёт под клинок — несдобровать ему. Кровью весь плащ зальёт.

Они кружили по самому краю Орехового поля, и никто не сделал ещё и шага за него. Будто оба неведомо как чуяли границы круга.

Вот уже рухнули наземь за ненадобностью и третьи измочаленные щиты. Теперь только оружие да обнажённая плоть перед ним. Любой удар может стать последним.

Унимая дыхание, они обходили друг друга, разглядывая и решая, за кем следующий шаг. Все вокруг молчали и, кажется, забывали даже дышать. То и дело возникало перед взором напряжённое лицо Кирилла и спокойное — Ингвальда. Конунгу пустое мальчишеское бахвальство уже давно не будоражило кровь. Свои поединки он отмахал по молодости лет. Заработал и шрамов, и ума в голову.

Да и Хальвдан не ярился, в отличие от брата, который едва не пар из ноздрей извергал. Всё ж ушатался уже. И лишь сила ульфхеднара ещё держала его на ногах.

Дав друг другу немного отдыха, они одновременно шагнули к середине тьеснура. Сигнар снова замахнулся. Хальвдан вскинул секиру, готовясь парировать. Сердце неровно стукнуло, словно споткнулось. Кровь ударила в виски. Порезанная рука зашлась страшным жжением, точно охваченная огнём. Хальвдан на миг опустил взгляд: чёрные прожилки выбрались из-под повязки и уже протянулись к локтю. Кажется, Сигнар это тоже заметил. А вслед за ним и Кирилл — оттолкнув стоящих рядом кметей, он перемахнул через изгородь и поспешил в круг.

Брат опустил меч и растерянно уставился на Хальвдана.

— Что это? — в беззвучном вопросе шевельнулись его губы. А может, просто мешал услышать оглушительный грохот крови в ушах.

Хальвдан слишком медленно повернул голову к подоспевшему Кириллу, пытаясь уследить за размывающейся перед глазами картиной. Он вдохнул глубоко, но, показалось, воздух не наполнил грудь. Князь схватил его за плечи, встряхнул. Что-то крикнул.