Глаза Сибеллы расширились в понимании.

– Я отправила его помогать в больницу, – сказала она.

Но Кассия потеряла интерес к части «почему». Она знала, что они должны были делать дальше.

– Мы должны вытащить Олливана из этих камер. У него есть план, не так ли? Он знает, как снять заклинание Вайолет?

– У нас есть план. И мы не собираемся снимать заклинание. Мы с Олливаном потратили весь день на составление новой версии заклинания Гайсмана, которое поглотит магию Вайолет, когда она, в свою очередь, поглотит нового Гайсмана. Что-то вроде прививки от зла.

Она наклонилась и подняла что-то с земли – блестящий золотой кортик.

– Это наш сосуд, – сказала она, когда Кассия приподняла бровь.

– Еще один Гайсман?

– Я все понимаю, но это наш лучший шанс. И еще – у нас две проблемы. Во-первых, Олливан заперт в камере.

– Мы это исправим.

– И во-вторых, Вайолет знает весь план. Она была с нами, притворяясь тобой, когда Олливан рассказал о нем.

Это волновало Кассию не так сильно, как, казалось, беспокоило Сибеллу.

– Тогда нам придется застать ее врасплох. У меня есть идея.

Она повернулась к кучеру.

– Вы можете отвезти нас обратно на площадь Друзеллы?

– Эм…

Он посмотрел на экипаж. Под дверью собрался небольшой ковер из красных лепестков, из которого вырвался розовый куст. Кассия взмахнула рукой, и роза снова стала ростком в банке. Она не была готова расстаться с ним насовсем.

– Давай. И оставь меч, – сказала Кассия, и они с Сибеллой поспешили к экипажу.

Когда они двинулись в том направлении, откуда она прибыла, в голове Кассии роились планы, по ее венам струился ужас.

– Кассия? – спросила Сибелла, вырывая ее из раздумий.