И тогда Вайолет улыбнулась.

Ее губы обнажили зубы, и рот расширился, имитируя что-то человеческое, от чего волосы на руках Кассии встали дыбом. Она отстранилась и бросила взгляд через плечо, но ничего не смогла разглядеть в темноте – ни конца моста, ни своих друзей и их растерянности.

– Я знала, что ты придешь, – сказала Вайолет.

Это был голос не Кассии, а все тот же кукольный голос. Тот высокий и дружелюбный напев, который сейчас заставил вздрогнуть.

– Как тебе вообще удалось их одурачить?

Бледная рука скользнула между ними, возвращая собственное лицо Вайолет.

– Нет ничего, чего я не могла бы сделать, – сказала она, но голос дрогнул и вновь превратился во что-то более глубокое, плавное; как у Кассии.

– Это магия метаморфов? – спросила Кассия.

Голова Вайолет склонилась набок, не как у человека, а как у марионетки. Как будто с одной стороны ее шеи болтался деревянный шуруп.

– Я не могу сказать. Все это слилось воедино. Это восхитительно.

– С твоей стороны было нечестно притворяться мной. Друг так не делает.

Это звучало жалко – пощечина за то, что она сотворила с городом, – но если Вайолет делала все это для нее, возможно, Кассия могла бы воззвать к этим чувствам.

Но Вайолет была непоколебима.

– Друзья делятся. Мне нравится это тело. Это прекрасно.

– А Олливан? Нужно ли ему было думать, что это я его предала.

Ее зеленые глаза вспыхнули – уже не стеклянные, а настоящие и живые, как у Кассии.

– Ему нужно было узнать твою силу. Он был всего лишь первым.

– Почему бы просто не убить его?

– Кассия, – сказала она с предостережением. – Я не желаю никого убивать или даже причинять им боль. На самом деле я нахожу весьма прискорбным, что моя магия оказывает такое действие на тех, у кого я ее забираю.

– Тогда почему…