Улвис остановился прямо напротив меня, глядя сверху вниз. Бледное лицо почти ничего не выражало, горели только глаза. Цепкие, соколиные.

– Где ты была, Фардана? Я думал, что ты погибла, – произнес холодно и надменно. – И где твой корабль?

– Попал в шторм и разбился. Я чудом выжила, пришлось проделать длинный путь пешком, а потом пережидать Темную ночь в одной из деревень Найтины.

Чем дальше я говорила, тем больше округлялись глаза Снежного Князя. Наверное, пытался представить все те злоключения, что пришлось пережить его нареченной.

– Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти, – ответил, смягчившись, и коснулся пальцами моей руки. Но тут же отдернул. – Фардана… Почему у тебя кисть забинтована? Ты ранена? Нужно позвать лекаря.

– Поверь, это не стоит внимания! – я отмахнулась и неосознанно убрала руку за спину. – Просто растяжение связок. Скоро пройдет.

Чем скорее Улвис забудет об этом, тем лучше. Не хватало еще, чтобы он увидел чужую брачную татуировку. Я очень рискую, разыгрывая весь этот спектакль, но придет время, и я смогу носить ненавистную когда-то метку открыто.

– Не даешь мне позаботиться о тебе, – Улвис подставил локоть, чтобы я могла на него опереться. – Все такая же гордая, ледяная.

Наша встреча не была похожа на встречу тосковавших друг по другу жениха и невесты. Холодные деловые отношения – вот и все, что нас связывает.

– Горячая еда и теплая постель будут лучшей заботой. А после обсудим наши дела, – я положила пальцы на сгиб его локтя. Опустила глаза.

Вот так и должна выглядеть дева, пережившая беду. Печаль, смирение, благодарность… восхищение своим женихом.

– Тогда проследуем в замок. Отпразднуем твое чудесное спасение.

И мы двинулись к саням, запряженным тройкой белоснежных лошадей.

Было странно видеть вокруг себя высокие стены светло-серого камня. Их украшали причудливые узоры, фигуры людей и животных, сцены сражений, праздников и обрядов. Я успела отвыкнуть от подобной роскоши. Да, замок был красивей, надежней пещер или домишки в Истоке, но мне было здесь неуютно. Совсем как в тюрьме.

Прогнав всех прислужниц, я искупалась в бадье с горячей водой и сама заплела волосы. Мне оставили нарядную одежду – теплое синее платье, расшитое серебряной нитью, белая накидка и широкий кожаный пояс с сапфировыми вставками. Уже много веков цветами Ангабельдов считались синий, серый и снежно-белый. Все оттенки зимы.

Хорошо, что у платья оказались длинные рукава. Оставшись в одиночестве, я долго смотрела на брачную татуировку. То ли на самом деле, то ли просто мне хотелось в это верить, но узор стал чуть ярче. Внутри поднялась теплая волна, затапливая все мое существо, но уже в следующий миг тело сковало льдом.