– Я хочу сказать собравшимся несколько слов, – повернувшись к Улвису, высвободила руку из хватки. – Выразить признательность им и тебе.

Улвис нахмурился, но согласно кивнул. Сапфир в его венце мигнул холодно и зло.

Сложив руки на животе и гордо вздернув подбородок, я прошествовала к помосту, на котором восседали князья. Взгляды и внимание сотен человек были прикованы только ко мне. Замолчала музыка, я не слышала ничего, кроме гулких ударов сердца и скрипа снега под ногами.

– Князья, ярлы и народ Хеды! – начала я звонко, так, чтобы каждый мог услышать мои слова. Кивнула Альсгире, замершей с идеально прямой спиной. – Я благодарна за то, что вы почтили это место своим присутствием. Сегодня я хочу, чтобы правда, похороненная под толстым слоем снега, наконец, открылась. Поэтому беру вас всех в свидетели!

Послышались тревожные вздохи и шепотки – я обвела взглядом собравшихся. На меня смотрели так, будто увидели перед собой детей Эльдруны или ее саму. В груди взметнулась волна раскаленной лавы, обжигая грудь и горло. Но я должна была договорить, тем более сзади уже слышались тяжелые шаги. Улвис не мог не догадаться, что значит моя речь, поэтому спешил заткнуть мне рот.

– Свидетели чего? – неожиданно трезвым голосом поинтересовался князь Бронн.

– Обвинения! Я обвиняю Улвиса Ангабельда в убийстве моего брата, Гилбара Ангабельда!

Развернувшись, я ткнула пальцем в сторону жениха. Улвис подался назад, будто его ударили в грудь чем-то тяжелым. Побледнел, слившись цветом кожи со снегом, только глаза горели яростью – в них читался мой приговор. Он замер на месте, стиснув кулаки и оскалив зубы в презрительной усмешке.

– Ты сошла с ума! – единственное, что он смог сказать. А потом вдруг изменился в лице, прошипел: – Что ты здесь устроила, Фардана? Тебе жить надоело?

– Надоело жить во лжи и с повязкой на глазах.

Только что я не просто опозорила князя Хеды на глазах у сотен людей, я швырнула ему в лицо серьезное обвинение. Замять это все не получится, лавина уже сорвалась с вершины горы.

– Всем известно, что брата убила ты, в чем мне недавно мне и призналась! – обличающе выкрикнул Улвис, глядя на меня с яростью.

Толпа загудела. Голоса слились в рев – ни слова не разобрать. Или это кровь стучит в висках? Я подняла руки, призывая к тишине. Хотела снова заговорить, но тут со своего места поднялась Альсгира.

– Не думала я, отправляясь на свадьбу, что попаду на судилище. Вы оба бросили друг другу тяжкие обвинения, но что-то может их подкрепить? – голос женщины был спокоен и полон достоинства.