– Знаю. Я все твои мотивы раскусила.

Вдруг глаза ее взволнованно распахнулись, она подалась ближе и схватила меня за плечо, тут же взорвавшееся болью.

– Ты ведь свободен от проклятья. Я отдала тебе сердце, а ты его принял… Только дурак мог подумать, что нужна часть тела. А на самом деле – часть души.

Я положил ладонь Фарданы себе на грудь:

– Теперь во мне живет часть тебя.

После пережитой опасности, от ее сонного родного голоса и теплого тела меня окончательно накрыло. Я больше не мог думать головой.

– Фарди, – произнес охрипшим от волнения голосом. – Хоть мы и принимали меры, но в тебе случайно… м-м-м… не поселилась часть меня?

Она вопросительно подняла бровь, а потом откинулась на подушку и рассмеялась, прикрыв лицо тылом кисти.

– Не знаю, у меня нет опыта в таких делах, но… – посмотрела своими колдовскими глазами – от этого хитрого искушающего взора в животе закрутилась огненная спираль и стрелой ударила вниз. – …Если ты продолжишь стараться, как в Истоке… И если я не буду принимать то зелье…

Я навалился на нее, игнорируя возмущенный ох и тычок в плечо.

– Прямо сейчас.

– Что?

– Продолжим старания прямо сейчас… я соскучился… не могу ждать…

Слова я перемежал поцелуями, подтягивая подол ее рубашки все выше и выше. Скользя пальцами по гладкой коже, наслаждаясь ее податливым телом.

– Для того, кто недавно умирал, ты слишком прыткий, и вообще… Мы больше не супруги…

– Как это?

Ее слова вынудили оторваться от сладкой ямки под ключицей. Я навис над ней на руках и только тогда заметил, что брачного плетения на запястье больше нет. Проследив за моим взглядом, Фарди сказала:

– Брачное плетение разрушилось, мы больше не связаны друг с другом.

– Наверное, я и правда умер на несколько мгновений. Но разве это что-то меняет? Без этой метки и брачной магии ты стала любить меня меньше?

– Нет.