− Зачем?

− Я думаю о тебе всё время. Ты, верно, околдовала меня! И хоть у тебя нет рыбьего хвоста, но ты точно речная дева, − произнёс он насмешливо, − ты завладела моим умом и сердцем! И теперь ты должна излечить меня, если не хочешь, чтобы я умер.

− Я не могу тебя излечить, − улыбнулась Лирия. — Разве от этого есть лекарство?

− Конечно, можешь. Скажи, где я могу тебя увидеть? И я скажу тебе, что меня излечит!

Они снова разошлись. Лирию пугала настойчивость Игвара. Пугала и манила. Сводила с ума. И она понимала, что нельзя отвечать согласием на его настойчивость. Или если и отвечать, то хотя бы не здесь, не в королевском дворце, и не на глазах у Риган!

Когда музыка закончилась, король подал знак возвращаться за стол. В этот раз его сопровождала одна из дам, которой он весь вечер улыбался и целовал пальцы, и всё внимание теперь было приковано к ним, к тому, кого в этот раз выбрал король. А Лирия всеми силами старалась не смотреть на Игвара. Где-то в груди, там, где ещё недавно плескалось бесконечное счастье, поселилась тревога, словно заноза, она саднила и не давая покоя.

Всё не должно быть так! Если Риган узнает, они могут пострадать. Королевская сестра не из тех, кто прощает обиды. Сейчас она просто окружена вниманием и дарами и не видит всего. Но она увидит обязательно! А Игвар слишком настойчив и не думает о последствиях и, кажется, вообще ни о чём не думает!

Даже сейчас, глядя на свои пальцы, она ощущала кожей, как он смотрит на неё. И это было почти осязаемо.

− Кажется, госпожа Риган вас зовёт, − раздался над ухом голос одной из служанок, и Лирия даже вздрогнула.

Так увлеклась своими переживаниями, что не заметила, как Риган подаёт ей знак — пора идти за пузырьком. Вскочила и, стараясь не глядеть по сторонам, быстро прошла мимо гостей. Ноги её едва держали. Она так боялась посмотреть в сторону Игвара, что чуть не споткнулась, и быстро исчезла за дверью в конце зала. И только оказавшись в покоях Риган, смогла, наконец, выдохнуть.

Стражи затворили за ней дверь, и, оказавшись в тишине комнаты, Лирия прислонилась к стене и приложила руку к пылающему лбу.

Ох, Луноликая, где твоё милосердие?! Почему из всех мужчин вокруг именно он? Тот, кто уже принадлежит другой?!

А принадлежит ли?

Какой-то внутренний голос словно нашёптывал ей это, заставляя думать о том, что, пока Риган и Игвар не помолвлены, то и нет у королевской сестры никаких прав. И что Риган хочет добиться своего обманом, этим самым колдовством, что в пузырьке. А сердцу приказывать нельзя. Это знает каждая фрэйя.