– Поняла.

Келдрик расхохотался:

– И говори о себе в мужском роде. Вот умора!

Директор и Келдрик начали хохотать вместе. От их заразительного счастливого смеха я тоже улыбнулась и взглянула на Тараю. Магичка улыбалась, но почему-то нервно сжимала ладони.

Келдрик вытирал слезы от смеха и попытался придать голосу серьезный тон:

– Повтори еще раз, что ты ему скажешь.

– Я скажу, – начал лжедиректор, – до меня дошли слухи, что мой отец преступил закон, и я пришел как старый друг предупредить, что утром в лавку придут маги Жизни – проверить его и его жену. И еще скажу, что подробностей не знаю, но если это правда, то ему лучше поспешить все уладить по-хорошему.

– Только говори уверенно и не задерживайся, на вопросы не отвечай. Ври, что подробностей не знаешь и не хочешь, чтобы тебя здесь видели. Ты должна зайти, сказать это и выйти, а его страх уже все додумает за нас. Поняла?

Лжедиректор кивнул.

– Я все время буду за дверью, чтобы он меня видел. Твой папаша знает, что Алостер часто таскает меня повсюду за собой. А если что-то пойдет не так, я вмешаюсь и усыплю его.

– Ты точно сумеешь это сделать?

– А ты точно хочешь покончить с этим враньем? – Келдрик наклонил голову.

– Если он меня узнает… – начала малышка Тарая, но Келдрик резко ее перебил.

– Не узнает. Ты просто вылитый Алостер. Твой папаша испугается и решит навсегда закрыть лавку.

– А если, когда я вернусь, он захочет, чтобы мы немедленно уехали?

– Тогда ты скажешь, что не можешь сейчас покинуть Фебрану, вы же оплатили обучение до конца большого круга. Он скряга, ему будет жаль терять деньги, а потом ты пойдешь к Алостеру и продемонстрируешь все свои таланты, – Келдрик снова рассмеялся, показывая на мужчину. – Он называет тебя прилежной ученицей и не захочет терять такой уникальный дар. Иллюзионист, умеющий не просто менять форму предметов, но и людей подделывать – это же высший пилотаж, вас таких немного. А тех, кто проделывает такое с детства, возможно, вообще нет, только ты.

– Да, но…

– Прекрати панику, я буду рядом, если вдруг что-то пойдет не так. Я знаю, каково это – родиться не в той семье. Я тебя не оставлю.

Я услышала, как Тарая рядом тяжело выдохнула.

– Готова? – спросил Келдрик у лжедиректора.