Рай кивнул: он уже не танцевал с Элизабет, в его объятиях была другая девушка – племянница графа Сириуса. Что ж, может быть, принцесса и не ошиблась в выборе представителя.

Тем вечером мне решительно не везло. В коридоре – я специально выбрал обходной путь – меня уже ждали.

Элизабет выбежала из-за колонны, неприлично суетливо для принцессы, чудом не запутавшись в подоле пышного белого платья, и кинулась мне на шею.

Что-то во мне отозвалось на ее поцелуй. Что-то, что я предпочел спрятать поглубже: я больше не спутник и это неприлично и стыдно.

– Ваше Высочество, пожалуйста, перестаньте.

Она словно не слышала. Чтобы заставить ее отстраниться, пришлось бы применить силу, а я не смел. Она целовала меня где придется, сначала ограничившись шеей, потом попыталась расстегнуть сорочку, а когда я не дал – опустилась на пол и потянулась к застежке моих брюк.

Я перехватил ее руки – боюсь, не так осторожно, как должен был, но она пугала меня. Элизабет смотрела, запрокинув голову, дрожа не то от возбуждения, не то от страха, и горячечно бормотала:

– Пожалуйста, Элвин, пожалуйста! Я прошу тебя… Я все сделаю, все, все, что захочешь! Позволь мне…

Я опустился рядом с ней на колени. Слава богу, в коридоре никого больше не было.

– Элизабет, не надо.

Она затрясла головой.

– Элвин, милый, любимый, пожалуйста, только не уходи, – скороговоркой бормотала она, всхлипывая. – Пожалуйста, умоляю, я не могу без тебя, я пробовала, я очень хотела, но не могу, ты для меня все, понимаешь? Я дышу тобой, вижу тебя везде, ты… Я люблю тебя, пожалуйста, все, что захочешь – клянусь, я все сделаю, ну пожалуйста, я не буду твоей госпожой, я понимаю, ты гордый, ты не этого хочешь, но я буду кем угодно – кем скажешь! Служанкой, рабыней, хоть ручной собачкой – только с тобой. Молю тебя, пожалуйста!..

Я не мог больше этого слышать. Отступать она не собиралась, и просьбы бы не помогли. Поэтому я осторожно закрыл ей рот ладонью – и она тут же ее поцеловала.

Я не понимал, что с ней.

– Элизабет… Ваше Высочество… Я вас не люблю.

Она поймала мой взгляд.

– Я знаю. Это не важно. Моей любви хватит на двоих, только…

– Нет.

Я встал и осторожно поднял ее – она тут же прижалась ко мне, дрожа. Жаль? Да, мне было ее жаль. Немного. Когда же, моя принцесса, я перестал быть для тебя игрушкой?

– Ваше Высочество, я уезжаю.