– Есть другие идеи?

Лу прикусила губу, переводя взгляд на исполинскую растрескавшуюся сферу, объятую темными вихрями. Раз уж дар Нежити не работал на химерах, то единственный оставшийся вариант воззвать к ним заключался в создании новых чар, нового трансцендентного прообраза. Это было совсем не то же самое, что использовать существующие эфирные навыки. И Лу боялась даже заикнуться об этом Джупитеру, зная, что тот раскритикует ее замысел в пух и прах. Даже мессеру не доводилось делать подобного: все новые чары, которые он создавал, по сути являлись модификацией существующих, так что его знания не могли стать подспорьем для юной орфы, и Лу понятия не имела, от чего ей вообще стоит отталкиваться.

Но все же решила дать себе последний шанс.

Между простиравшейся во все стороны океанической гладью, исполненной глубокой синевы, и безмятежными небесами, где зависли разрозненные пышные облака, меланхолично парила небольшая группа химер – что-то около двадцати особей. Держась нестройным клином, они хранили молчание, лишь изредка оглашая окружающий простор тихим стрекотом. Их бессмысленные взгляды были устремлены вперед, к цели, куда они держали путь – быть может, к поселению на острове или континенте, или к одной из линий фронта, на подмогу сородичам, пытающимся прорвать людскую оборону. Их природа не позволяла им насладиться окружающим видом, зато та, кто преследовал стаю, даже сквозь смятение чувств смогла оценить его по достоинству. От бескрайности пейзажа перехватывало дух, и нежное солнце светило именно так, чтобы Лу, парившая в его лучах, могла быстро обсохнуть после купания в реке.

У нее заняло немало времени, чтобы в ярком свете вглядеться в призрачные черты химер и отыскать среди них нужную – все монстры выглядели абсолютно идентично и отличались лишь цветом глаз. Разглядев во взоре одной из них ту же безграничную синеву, что и раскинулась вокруг, Лу внутренне возликовала и, кружа поблизости, принялась увещевать:

– Хартис! Я знаю, что ты там! Услышь меня!

Да, химеры были лишены эмоций, будучи фактически механизмами; но можно ли было назвать эти механизмы совсем бездушными, если за появлением каждого из них стояла человеческая душа? Химера, вокруг которой парила Лу, была создана из души ее любимого человека, и орфа искренне верила, что сможет достучаться до нее.

– Хартис, прошу, услышь. Я знаю, что твоя душа сильнее других. Ты участвовал в Битве аватаров и научился отделять ее от тела. Она стала осознанной и очень могучей. И я знаю, где-то там, под этими перьями, она слышит, понимает, чувствует меня.