Я навещала Эрику несколько раз в неделю.

— Ууах!

Не успела выставить руки перед тем, как моё лицо впечаталось в лёд, коварно скрытый под припорошенным снегом.

Предательство определенно знает моё имя, иначе как назвать то, что со мной происходит. Где я так напортачила в прошлой жизни?

До слуха доносились песнопения детей. Детский хор из приюта стоял около ворот Академии Иордина. Они, видимо, подумали, что я от умиления села перед ними на колени. Но нет, мои ноги дрожали, как лёд под бегущими мустангами. Грудная клетка ходила ходуном и готова была разорваться от скопления морозного воздуха в лёгких. Я бросила монетку для подати и, уже плетясь в сторону главного корпуса, обещала себе, что начну заниматься хотя бы гимнастикой. Завтра.

Я любила атмосферу приближающегося Йоля, особенно в Академии. Студенты готовились заранее и украшали территорию, здания и помещения. Стены были увиты живым плющом, на которых весели игрушки, заколдованные пряники и сушёные фрукты. На каждом окне и двери были прикреплены еловые венки с горящими бесконечным пламенем, свечами. В воздухе летал запах корицы, сладкой сахарной пудры и горячего вина с терпкой гвоздикой и апельсинами, что студенты варили в огромном котле над костром в садах Академии каждую пятницу после полудня. Я пошла за порцией пряного напитка.

— Доброго тебе дня, Фейт.

— Доброго и тебе, Джулиан.

Ааа?

Я стояла, как каменный истукан, и пялилась на парня. Он меня заметил? Меня?

— Что с твоим лицом? — протягивая мне кубок с вином, поинтересовался мистер «самая милая улыбка на свете».

Я стряхнула наваждение с плеч.

— Поскользнулась по дороге сюда.

Джулиан вздохнул.

— Я вчера кубарем скатился с горы. Еле успел выпустить поток воздуха, чтобы затормозить и не впечататься в здание. Пойдём.

Он махнул парню, чтобы его заменили, и предложил мне следовать за ним.

Мы оказались в небольшом помещении. Джулиан сообщил, что это на скорую руку созданный передвижной лазарет для празднования зимнего солнцестояния. Пьяная молодёжь страшнее любого другого бедствия, особенно когда юные создания наделены магией.

Касания его пальцев отзывались иголками по всей длине позвоночника. Он аккуратно стирал уже высохшую или замороженную — ой, да какая разница — кровь. В горле пересохло. Его лицо слишком близко. Горячее дыхание со вкусом пряностей кружило голову. Не намеренно, но я облизала губы. Он это заметил и отстранился.

Девять кругов Ада и Чистилище!

Джулиан протянул мне склянку и сказал вдохнуть поглубже. Я сама варила такие благоухающие зелья, чтобы снять головную боль, поэтому, перехватив склянку, сделала несколько глубоких вдохов. Выпив из другой колбочки заживляющего эликсира, поблагодарила за заботу и пошла на выход.