Встав со своего кресла, я вышел на открытое пространство зала.

— Если вы хотите отдать мне свои души, мы начнём бой. Если в ваших головах есть здравая мысль, вы уйдёте. Но предупреждаю, я убью вас всех, если вы попытаетесь меня атаковать.

Талия подорвалась с кресла и подбежала ко мне. Воздушным заклинанием она создала стену, ограждающую нас от солдат.

— Бастиан, не нужно, — её ладонь коснулась моей щеки. Она потянула меня на себя и поцеловала. — Я ни о чём не жалею, моё место подле тебя, забери меня домой.

Я зашептал заклинания. Грохот разрывающего пространства заполнил комнату. Я не Малакай, поэтому создал портал только в город. Мы закрыли глаза и вышли туда, где всё началось. На городскую площадь.

Найдя колдуна с «апельсинкой» мы переместились в Ин’Ивл-Ллэйн. Малакай предложил выпить и посидеть около камина. Никогда в прошлой жизни я бы не подумал, что ему будет свойственен такой домашний уют. А мне?

Пространство разорвалось, неся морозный воздух в комнату. Орион и Фейт.

— Без нас? — прошипела Королева и бросилась обнимать сестёр.

Мы расселись в креслах. Девушки в своей непосредственной манере разлеглись на шкуре медведя у камина и стали сплетничать. Нам говорить не хотелось. Мы переглядывались с братьями, и каждый обращал свой взор на возлюбленную.

* * *

Уже за полночь мы решили разойтись по своим покоям. Талия поцеловала меня и пожелала спокойного сна. Перехватив её запястье, подтянул в свои объятия и прошептал на ушко, что на неё у меня другие планы. Её распахнутые синие глаза вспыхнули мириадами звёзд, полушария грудей от глубокого вдоха вышли из сдавливающего корсета, и я не мог не позволить себе надкусить нежную плоть. Девушка шумно выдохнула.

— Не мучай меня, пожалуйста!

Подхватив её, закинул себе на плечо. Талия взвизгнула и засмеялась. Просунув руку под юбку, стал гладить нежную кожу ягодиц. До слуха дошло мурлыкание.

— Бастиан, не играй со мной. Мне недостаточно того, что ты мне даёшь.

Я поставил её на ноги посередине своей комнаты и велел раздеться. Именно так, приказным голосом. Сам же пошёл к шкафу, налил себе в стакан виски и, взяв два склянки зелий, уселся на кресло.

Камень преткновения мужчин — это женщина. Одна единственная. Это не поддаётся объяснению. Я вспоминал лицо Ориона, когда он улетал в своих мечтах с Фейт в далёкие миры. Малакай, утверждающий, что никогда не встанет на колени, и я, возведший стены. Но они рухнули от одного взмаха ресниц, от нежной улыбки и лёгкого касания, от заливистого смеха и мечтах о волшебстве. Об этом говорил Орион и сейчас, смотря на Талию, я понимал, что за долгие годы жизни мне не открылось ничего. До этого момента. Мой мир сузился до неё. До её дыхания, когда она пригрелась у меня на груди поутру. До её надутых губ, когда она совершала ошибку в переводе древних рун. До её смеха и распахнутых глаз от новых открытий. Я забыл это чувство. Чувство волшебства, не тёмной давящей магии, а яркого, нежного света. Забыл дуновение южного ветра и первых лучей солнца.