— Нет, конечно, — удивленно возразил Кевин. — Просто компенсировали за счет Короны материальный ущерб. И пообещали сообщить, когда будет безопасно возобновить торговлю. Эдвард даже мага в охрану выделить собирается. Да там и купец понятливый. Правильный такой купец. С нами ехать собирался, на подмогу.

Друзья замолчали. Воспользовавшись паузой, Натаниэль деликатно прокашлялся, не сводя глаз с Амелины. Зак насторожился.

— Нейт? — неуверенно произнес он. — Что-то не так?

— Мне показалось, — Натаниэль пожал плечами, — что у Лины появились мысли на счет деревни.

— Милая?

— Да, — девушка вздохнула. — Мне просто подумалось, что поблизости нет ни одного нашего храма. Может, если на пепелище обустроить обитель «Истинной веры» с постоялым двором и местом для торговли, это успокоит купцов? Да и дичь с пушниной можно продавать под видом монастырских. Так за них можно больше выручить.

— И еще мы сохраним кузню отца Руби. А я попрошу деда выделить парочку учеников посмышленее, — добавил Натаниэль. — Конечно, полностью нашу потребность в мечах они не покроют, но что-то сумеем получить. Естественно, работа Руби будет оплачиваться, — кивнул он Берту.

Дитрих просиял. Действительно, покровительство храма решит многие проблемы. От справления обрядов до торговли. И права принцева невеста, сто раз права, говоря, что цена на их товары подскочит. Детишек можно будет послать грамоте обучить. Да и не только — ту же Марийку! Она девка смышленая и красивая, сможет потом с Бертом вместе торговать.

— Леди Гисбах, — Кевин склонил голову. — Позвольте выразить мое восхищение. Решение простое и элегантное.

— Лина, это гениально! — обрадовался Зак, накрыв руку девушки своей ладонью.

— Я напишу госпоже Демут, — щеки Амелины покрыл румянец. — А еще, Мария сказала, что хочет задержаться в деревне. Возможно, она сможет помочь с организацией работ.

— Вот и отлично, — согласился Натаниэль. — Поищем в столице толковых мастеров, чтобы не затягивать со строительством.

На том и решили.

* * *

— Живые! — облегченный возглас Эдварда заставил всех вздрогнуть.

Друзья только въехали во внутренний двор замка и еще не спешились. Не думая о том, как выглядит со стороны, Эдвард бежал по лестнице перепрыгивая через несколько ступеней. Амелина не успела понять, как оказалась зажатой между двумя братьями.

— Это была самая страшная неделя в моей жизни! — надрывно произнес Эдвард, одной рукой крепко обнимая Зака за плечо, а другой — прижимая к себе растерянную Амелину, не отходящую от жениха.

— Страшнее, чем тогда? — Зак чуть отстранился и улыбнулся, испытующе посмотрев на брата.