— Лорд Райт, вам послание от госпожи Демут, — парнишка вежливо поклонился и протянул пергамент.

Пробежав глазами по тексту письма, Натаниэль с подозрением посмотрел на парня.

— Что просили передать на словах? — напряженно уточнил он.

— Возьмите с собой побольше людей, — выдохнул юноша. — Госпожа Демут подозревает, что одними молитвами не обойтись. Я сопровожу, чтобы потом сообщить ей…

Натаниэль кивнул и поднял руку в знак того, что пояснений не нужно. Оглянувшись, он схватил за рукав служанку — девушка прибиралась в коридоре и жадно прислушивалась к разговору господ.

— Ута, верно? — строго спросил Натаниэль. Она испуганно кивнула. — Будь добра, отведи нашего гостя на кухню. Ему нужно поесть и отдохнуть. О лошади его пусть тоже хорошенько позаботятся. Ступайте, — обратился он уже к гонцу. — Выезжаем сегодня в ночь.

Вернувшись в комнату, Натаниэль, не обращая внимания на нытье проснувшейся Клэр, окунул голову в бочонок приготовленной для умывания холодной воды и начал наскоро одеваться. Все расспросы и претензии любовницы разбились о емкое: «Я на службе». Коротко чмокнув недовольную женщину в щеку, Натаниэль удалился, подумав, что потом найдет, чем загладить вину. От побрякушек вдовствующая графиня никогда не отказывалась.

На заседание Совета Натаниэль не просто опоздал — он пришел за десять минут до его окончания. Секретарь, недавно нанятый Эдвардом для соблюдения хоть какого-то порядка, метнулся было преградить дорогу, но, столкнувшись взглядами с Натаниэлем, отступил. Видимо, уже слышал, что вставать на пути у похмельного лорда Райта — себе дороже.

— Ну и последнее… — увидев в дверях растрепанного друга со слишком явными последствиями бурной ночи в облике, Эдвард присвистнул. — Признаться, мы тебя не ждали, Нейт.

— Да я и не собирался приходить… — ответил тот, подходя к Заку.

— Может тебя полечить? — участливо предложил Тедерик.

— Или добить? — хмыкнул Джерард.

— Будет лучше, если ты вернешься к себе, — недовольно прорычал Кевин. — Иначе буду вынужден…

Натаниэль, не обращая внимания на реплики друзей, протянул пергамент откровенно скучающему младшему принцу:

— Читай, — сухо сказал он.

Зак непонимающе уставился в пергамент. По мере прочтения мечтательный и немного отрешенный взгляд наполнился ужасом. Он с силой смял письмо, кинув его на стол и, яростно взглянув на Натаниэля, практически прокричал:

— Это ложь! Не знаю, кто сочинил эту глупую сказку, но Амелина не могла…

Голос сорвался. С тех пор, как Амелина уехала домой за родительским благословением, оставив Зака готовится к свадебному торжеству, прошло всего шесть дней. Ничто не предвещало беды, а тут вдруг такое.