Катарина же расслышала в его словах совсем иное: он предупреждал только ее. Значит, Милена уже знала, что это за место.

Катарина осмелилась еще раз спросить:

– Куда мы идем?

Милена снова презрительно хмыкнула, а отец улыбнулся, недобро сверкая глазами.

– Скоро узнаешь. Тебе оказана великая честь – помочь Милене возвысить нашу семью.

Мысль, что она должна сделать что угодно, но не идти туда, заставила ее судорожно проговорить:

– Вряд ли Милене нужна моя помощь. Она великолепно справляется сама.

Придерживая подол пышной юбки, Милена резко повернулась к Катарине.

– Ох, заткнись! Ты вообще ни на что не способен! Радуйся, что про тебя не забыли. Не женщина и не мужчина – позор нашей семьи.

Внутри поднялась буря черной ярости.

– Позор? Только потому, что родился на несколько минут позже тебя?! Поменяйся мы местами, позором была бы ты!

Милена бросилась к ней, но граф преградил ей дорогу.

– Успокойтесь! Оба!

Милена издевательски рассмеялась.

– Перестаньте, отец! Здесь все прекрасно знают пол этого ничтожества. Не нужно делать вид, что это недоразумение – мужчина.

Она отвернулась и первая нырнула в арку из роз.

Граф ничего не сказал. Он посмотрел на Катарину странным взглядом и тоже шагнул в буйство темных роз.

Алхимик хранил молчание. Он мелко дрожал, но старался изображать равнодушие. Несколько мгновений он разглядывал Катарину, а затем, спохватившись, просеменил за графом.

Катарину вновь подтолкнули в спину. Она вскинула голову и упрямо посмотрела на воина.

– Я не пойду.