– Ваше величество, – выдохнул Нагиль. Прозвучало это скромным напоминанием о себе, но Ли Хон уловил в его голосе осуждение и хмыкнул.

– Кроме того, – добавил он, не скрываясь, – я хочу прояснить с Императором один вопрос. – Он склонился ближе к столу, положил руки так, чтобы советники видели фамильный перстень на его пальце, доставшийся ему от покойного отца, – несмотря на договорённости между нашими государствами, есть границы, которые Императору и его людям не следует пересекать. У Империи больше людей, это правда. Но они не в отчаянии. Они не сражаются так, будто от исхода каждой битвы зависит будущее их страны. Это мои люди воюют за свою независимость. Мои люди выгрызают себе свободу.

Он повернулся и посмотрел на Нагиля снизу вверх, и Нагиль увидел во взгляде Ли Хона такую уверенность, что могла разрушить стены городов, сопротивляющихся его власти.

– Да, ваше величество?

– Напомни Императору и всей Империи, что Чосон стоит между ними и Японией. И если Чосон падёт, Тоётоми и его войска двинутся прямо к Пекину.

Перед самым отъездом, когда Нагиль пришёл доложить королю, что берёт с собой только Дэквана и десяток воинов дракона, Ли Хон подозвал его поближе. У него на столе лежали книги – летописи Троецарствия[79] и «Оставшиеся сведения о трёх государствах»[80], а также изложение истории трёх царств из Империи.

– Ты знаешь, откуда взялись Великие Звери, Нагиль? – спросил Ли Хон. Нагиль нахмурился. Не такого вопроса он ожидал в полночь перед трудной дорогой.

– Легенды гласят, что они пришли с севера в далёкие-далёкие времена.

– Ага, – просто согласился Ли Хон. – И этот север для Чосона – Империя Мин. Когда-то давно она была разделена на три царства, прямо как наши земли. В летописях Троецарствия династии Хань упоминаются три человека, которые, хоть и не были друг другу родными, поклялись быть братьями, служить своему государству и защищать простых людей.

Ли Хон поднял голову от книг и посмотрел на Нагиля поверх трепещущего на сквозняке огонька с фитиля свечи.

– Что, если этих братьев было не три, а четыре? Что, если у них была сестра, о которой не рассказывается в летописях?

Нагиль не удивился вопросу, опустил голову, вновь окунаясь в давние воспоминания, которые последнее время стали тревожить его слишком часто.

Во времена его жизни при сиротском монастыре буддийские монахи заставляли его и Рэвона учить историю не только Чосона, но и Корё, Троецарствия и краткую историю Империи. Они рассказывали официальные версии хроник и никогда не касались легенд. Но позже, когда Нагиль вместе с Рэвоном попал в ученики мастера Вонгсуна, новые учителя стали рассказывать им о мифах. И всё больше Нагиль находил подтверждения своим догадкам: порой легенды и реальность переплетались слишком тесно, чтобы простые люди могли отделить их друг от друга.