Артур хмурит брови.

– Прямо сейчас? – спрашивает он.

 Мерлин склоняет голову в сторону меча.

– Попробуй. – Он подталкивает Артура.

 После всего того, что случилось в Лионессе, это задание должно показаться ему легким. Между ним и короной остался всего один шаг. Одно движение.

 Но Артур не идиот. Он понимает: это ловушка. Я буквально вижу, как поворачиваются колесики в его голове, когда он хватается за меч и ставит ногу на камень, чтобы удобнее было тянуть. Он не ожидает чуда, но все равно тянет со всей силы.

 Меч, конечно же, не поддается.

 Моргауза тут же улыбается и хватает Мордреда за руку, но тот хмуриться не перестает и отмахивается от своей жены.

– Это невозможно, – замечает Артур.

 Мерлин окидывает его задумчивым взглядом.

– Я так не думаю, юный принц. У тебя есть день на то, чтобы вытащить меч из камня и предъявить претензии на трон. Если ты не сделаешь этого до захода солнца, то корона достанется Мордреду.

 Когда толпа расходится, я оставляю Артура с группкой доброжелателей: среди них я вижу и тех, кто не позволил своим сыновьям присоединиться к его последнему походу. Полагаю, теперь они решили сменить приоритеты, даже несмотря на то, что последнее испытание кажется невыполнимым.

 Я остаюсь во дворике вместе с Ланселотом и Гвиневрой, подхожу к мечу и пытаюсь вытянуть его сама. Я и не ожидала, что он тут же выскользнет из камня, просто хотела попробовать. Почувствовать тяжесть эфеса в руках. И так подумала не только я: стоит мне отойти, как меч пытается вытащить Гвен, а потом и Ланселот. Но он не поддается.

– Это невозможно. – Гвен качает головой.

– Кажется, что так. – Я закусываю губу.

 Я видела этот меч в руках Артура. Видела Моргану, отдающую его Акколону. Видела Артура, который падет на поле битвы, сжимая его в руках. Это будет его меч – я уверена в этом так же, как в том, что меня зовут Элейн, – но я не знаю способа достать его.

– Не ломай голову, Элейн, – воркует знакомый голос.

 Моргауза подходит к нам: движения ее изящны и аккуратны. Все же странно видеть лицо Морганы на той, кто так сильно от нее отличается.