Я не отвечаю, и Мерлин поджимает губы.
– Это было предсказано. – Он понижает голос. – И вы это знаете.
Я не отвечаю.
– Нимуэ сказала, что это можно изменить, – наконец произношу я. – Я думала, что фейри не могут лгать, но она никогда в это не верила.
Мерлин задумывается.
– Может, будущее можно было изменить. Но Нимуэ этого не захотела. Может, путь, на который она вас направила, устраивает ее.
Дорога, ведущая к руинам… к смерти всех нас, кроме Артура, хотя с ним произойдет много ужасных вещей. Просто в конце он будет жить… стоит ли оно того?
– Нимуэ хочет, чтобы в Альбион вернулась магия, – объясняю я. – А вы хотите это предотвратить.
– А ты? – спрашивает он. – Чего хочешь ты?
И я понимаю, что Нимуэ никогда не задавала мне этот вопрос. За все то время, что я ее знала, она об этом даже не подумала. Артур казался важнее. Артура я должна была ставить превыше всего. И это никогда мне не мешало. Не бередило раны, как у Морганы или Гвен. Но сейчас… сейчас все изменилось.
– Я хочу защитить тех, кого люблю, – отвечаю я. – Включая Моргану. Нимуэ верит, что ее смерть… и Ланселота, и Гвен, и моя тоже… это небольшая плата за воссоединение Альбиона и Авалона. И если бы меня спросили об этом пару дней назад, я бы с этим согласилась.
– А теперь?
– Теперь я не уверена. – Я произношу эти слова вслух впервые, и часть меня ждет, что меня тут же ударит молнией.
Я словно предаю кого-то. Это кажется почти богохульством, и я должна погибнуть на месте. Но ничего не происходит.
Мерлин молчит, а потом кивает.
– В тебе появилась новая сила, Элейн. Я чувствую ее. Но она не принадлежит тебе.