Он не протянет руки – если бы он это сделал, я бы ушла, не оглядываясь. Но он не протянет руки, и потому протяну ее я. Я прижмусь к нему, как в ночь после нашей свадьбы, словно так я смогу привязать себя и к его следующей жизни тоже.

 И вместе мы встретим его последний рассвет, но я не пророню ни слезинки, пока не вернусь на Авалон. Пока его душу не заберет сама Смерть.

 Просыпаюсь в холодном поту, никак не могу отдышаться. Я не сразу понимаю, где я – в своей старой постели в Шалоте – и что я не одна – рядом со мной спит Ланселот, прижимается к моей спине, обнимая. Когда мы засыпали вчера, пьяные и уставшие, его рука казалась мне утешением и обещанием комфорта. А теперь… теперь она слишком тяжелая. Слишком горячая.

 Я отодвигаюсь, выскальзываю из постели, касаюсь босыми ногами холодного каменного пола и едва успеваю добежать до горшка, где меня тут выворачивает наизнанку.

 Ничего не изменилось. Это видение было еще более цельным, чем другие. Больше деталей и даже воспоминания о нашей свадьбе. Похоже, прошлой ночью этот путь стал вероятнее. И все остальное тоже… смерть Ланселота в битве на стороне Артура, предательство Гвен, Моргана как богиня смерти. Эти витки будущего стали неизбежнее… а я ведь так сильно хотела их остановить.

 Поднимаюсь на дрожащих ногах, вытираю рот полотенцем, а потом надеваю платье и перевязываю его атласным поясом.

 Ланселот поворачивается в кровати и устало щурится на меня.

– Еще даже не рассвело, – шепчет он. – Возвращайся в постель.

 Мне очень хочется так и поступить, заснуть в безмятежном настоящем, но я знаю: стоит мне закрыть глаза, и я снова увижу его извиняющееся лицо, услышу, что он готов умереть.

– Хочу попить. Сейчас вернусь.

 Лгать легко, и он верит мне: улыбается, а потом переворачивается на бок и зарывается в одеяло.

 Так странно видеть его здесь, раскинувшимся на моей детской постели, голым – не считая золотого кольца на пальце. Как такое вообще представить?

 «Вчера был хороший день, – думаю я. – Я сделала правильный выбор».

 Но поверить в это сложно.

 Беру с тумбочки маленькое зеркальце и выскальзываю из спальни, тихонько прикрывая дверь.

 Лицо Нимуэ появляется в зеркале: кожа гладкая, взгляд безмятежный. Она выглядит так же, как выглядела всегда. И останется такой и впредь, насколько я знаю. Она моргает своими огромными серыми глазами.