Тут мужчина в очередной раз замолк, шумно вдохнул, выдохнул и стал осторожно поглаживать заплетённые в тугие косы волосы супруги. Пальцы бережно касались светлых прядей, а его тёплое дыхание легонько щекотало висок и щёку.

— Не смотря на то, что брат успел меня оттолкнуть, заклятье всё же знатно меня приложило, — теперь быстро заговорил Зареслав, будто боясь, что решимость рассказывать иссякнет. — Я потерял сознание и видимо упал где-то в болтах, там меня и нашёл один из лесных. Он-то и оставил в память о себе эти шрамы заговорённым тёмной волошбой клинком, а ещё от щедрот душевных напоил меня ядом, точно таким же от которого вы меня с Русланом выхаживали. Надеялся ушастый, что я быстро отдам богам душу, помучаюсь напоследок, чем его и порадую. В его плену я пробыл всего-то два дня, когда отцу удалось меня разыскать. Лесного он спугнул своим появлением, а меня доставил к матушке, в надежде, что опытная Яга сможет вытянуть сына уже одной ногой стоящего на пути в Исподний Мир. Мама сделал всё возможное, даже противоядие смогла найти, но к тому времени Огонь в моих жилах почти угас, а змей без Огня умирает очень быстро. Тогда Матушка обратилась к своей покровительнице и к её супругу покровителю всех Змеев, чтобы просить помощи. Боги откликнулись на зов, и Отец-Небо отчего-то решил самолично мне помочь. Он перенёс меня в юдоль Первозданного Пламени, где я провёл целых восемь лет, медленно, искра, за искрой вновь обретая свой Огонь. Слишком долго я там пробыл.… Очнулся от многолетнего сна в родной Избушке, у моей постели заливалась слезами облегчения совсем седая постаревшая мать, а отца и брата на этом свете уже не было. Я выжил, а они приняли смерть.

Последние слова Добролюбов произнёс едва слышно и вдруг попытался отстраниться, хуже того отвернуться и стало ясно, что кто-то винил в смерти родных себя. Баба Яга такой глупости не собиралась дать случиться, так что вцепилась в мужа не хуже репья придорожного, чтобы у того и в мыслях не было пытаться от супруги сбежать.

— Они как погибли-то и когда? — теснее прижавшись к мужниной груди, негромко, но словно бы с вызовом спросила Злата, чуя, что дело тут самоедством попахивает.

— Велимир две седмицы спустя, после того боя у Тьмушенской Топи, — каждое слово давалось Зареславу с трудом, но он не замолкал, посчитав что между супругами недомолвок быть не должно. — Его поразили своим колдовством лесные, когда он летел к деду с донесением. Мир упал в реку, его тело так и не нашли.

— А отец? — подтолкнула его Ёжка к дальнейшим пояснениям, потому, как муж снова замолк.