— Размахивал ручищами!

— Большие у него руки?

— Большущие!

— Больше, чем у меня?

— Да! Вот такие! — Алеша разводит тонкие ручки. Паша кладет его в постель и ложится рядом.

— Тогда я накачаю руки больше, чем у него, и надеру ему задницу!

— Да! А у меня будут такие руки?

— Конечно, еще больше, чем у меня. Будешь самый сильный, и никто тебя не победит.

— Даже ты?

— Особенно я.

— Не-е-ет, я не буду с тобой бороться, когда вырасту.

— Спасибо, дружище. Я так устал, и спина болит. Ты знаешь, что делать.

— Спинку погреть?

— Да, я буду тебе очень за это благодарен, — тихо говорит Паша, поглаживая племянника по голове.

Алеша прижимается к твердой спине и почти сразу погружается обратно в сон. Паша очень плавно соскальзывает с маленькой кровати, и отправляется обратно к себе. Он не собирается спать. Еще несколько попыток дозвониться. Он смотрит на голубой в свете лунных лучей потолок. Рядом сопит растрепанный Антон, его глаза бегают в разные стороны под слегка опухшими веками. Где-то в соседней комнате похрапывают уставшие за день сестра и мама.

Он ищет в своих вещах ключи от машины, наконец находит их и бредет по коридору к выходу. Натягивает разношенные кроссовки и мчится к машине. Заводит мотор.

Дождь. Холодно. Но не ему.

Вдруг в кармане вибрирует проклятый телефон. Он берет трубку, нажимая на педаль газа сильнее.

— Алло. Я еду, слышишь?

— Тебя здесь нет, — слабо слышится сквозь шум воды, тонкий голос.