— Подожди чуть-чуть, прошу тебя.

— Я… жду… Мне холодно…

Звонок обрывается на гудки.

«Какого черта я не проснулся сразу?! Почему сейчас?!»

Паша со злостью бьет по рулю, продолжая путь.

Он видит ее издалека. Она сидит, накрывшись руками, опираясь на железную дверь. На свет ярких фар она поднимает красные мокрые глаза. Дрожит, как загнанный кролик. Капли утихающего дождя стекают по волосам. Ветер обдувает ее со всех сторон. Автомобиль останавливается резко, оставляет глубокий след в земле.

Паша поднимает на ноги легкое как призрак тело, прижимает к себе крепко, целует мокрую макушку. Она громко рыдает, взрываясь и сбивчиво глотая холодный кислород. Свободной рукой Паша открывает ключом дверь и затаскивает ее внутрь.

— Тише-тише. Живая.

— Я! Эт-то вс-се я! — доносятся неразборчивые слова.

Паша отстраняет ее, нежно держа промокшее лицо в горячих ладонях, заглядывает в заплывшие глаза.

— Я не понимаю. Милая, успокойся! Давай, вдо-о-ох — вы-ы-ыдох, молодец. Все закончилось, я рядом.

Варя, дрожа, глубоко вдыхает и выдыхает, взгляд обретает цель, не отрывается от синих глаз.

— Во-о-от, гораздо лучше. Ты умница, сядь.

Паша снимает с нее мокрую куртку, бросает на стул. Усаживает на слегка сдутый матрац, накрывает одеялом. Торопливо тянется к обогревателям, выкручивает их мощность на максимум. Во взгляд ему попадает синяя гематома на тонком предплечье, еще одна на плече. Синие глаза темнеют, затуманиваются.

— Это я. Я ч-чуть не уб-била его. Я м-могу д-делать это. Я…, — из Вари вырывается глубокий дрожащий вдох.

— Кого ты чуть не убила? — стараясь держать себя в руках, спрашивает он.

— К-Кузьмина…

— То есть он жив? — холодно разливается металлический голос Чернова.

Паша поднимается на ноги, собираясь сделать шаг к выходу. Варя ухватывает его за запястье, не давая уйти. Холодный укол, невидимые сдавливающие все внутри путы. Он повинуется.