Светлый фон
Холодно, холодно, холодно…

Тепла…

Тепла…

И Злата поняла. Она все поняла.

Она ведь думала об этом. Еще куда мучилась после снятия заклятья. Что им тоже должно быть холодно.

Тепла, тепла, тепла…

Тепла, тепла, тепла…

Согрей, согрей, согрей…

Согрей, согрей, согрей…

Но их было так много, а она одна. Однако разве это оправдание для царицы? Она приняла власть. И она должна была заботиться о своих подданных. Разве нет?

Но как?..

Теплая, теплая, теплая…

Теплая, теплая, теплая…

А ведь на самом деле она знала путь и способ. Яша показал ей его. Научил. Всего лишь бескорыстно обнять. Только как обнять всех сразу?

— Злата…

Кажется, мама с папой пытались что-то говорить. Она видела, как шевелятся их губы, но могла разобрать только собственное имя.

Зачем они дали ей такое имя? В детстве Демьян звал её Огоньком за цвет волос. И ее природный дар — огонь. Сколько свечей истаяло на тумбочке у ее кровати за ее пока еще совсем недолгую жизнь? Ей казалось, что их тепло наполняет ее. Так неужели у неё не набралось его достаточно и не найдётся теперь немного, чтобы поделиться со своими подданными? Как Яша поделился им с нею просто так, не имея ни сил, ни способностей. А значит, наверное, дело было вовсе не в этом.

Злата встала с трона. Нашла глазами Яшу и встретилась с ним взглядом. Он выглядел напуганным. И подумалось, что он тоже не понимает. Никто не понимает. Неужели теперь она обречена на то, чтобы нести эту ношу одной? Об этом трон Нави? Об одиночестве? Поэтому папа и Демьян так сильно не хотели, чтобы на нём сидела она?

Но ведь те, кто сейчас за стенами замка молил её о крупице тепла, тоже невыносимо страдали от одиночества. Почему она их слышит, а папа — нет? И раз уж все сложилось как сложилось…

Злата закрыла глаза. Заставила себя вспомнить все, что чувствовала под заклятьем и сразу после его снятия. И испытать не жалость, а сострадание к тем, кто сейчас просил о помощи. И она нашла в себе тот уголек, что дал ей Яков, и что горел в ней нынче ровно и согревающе. И собственный огонь, который был внутри нее всегда. А потом подумала и сумела найти ещё: любовь папы и мамы. И Демьяна. И даже Бонни и Клайда. Мелькнула мысль, что когда Юля станет частью их семьи, то и она будет любить ее. Злата вспомнила их совместный семейный ужин перед Новым годом. И все остальные. Все, что сказал ей Яша в её покоях здесь, в замке. И своё детство. И папин кофе по утрам. И мамины поцелуи на ночь. И её объятия. И шутки, и безусловную поддержку Демьяна.