— Это уже не важно.

— Он сказал, что вы отдали мне своё желание! Почему?!

Кощей огляделся. Наконец узрел царящее вокруг него буйство цвета, приподнял брови, но промолчал. Потом присел на фиолетовый табурет и положил руку на стол, будто искал опору. Демьян с трудом усмирил в себе желание выйти на улицу и несколько раз обежать вокруг дома и заставил себя сесть на бирюзовый рядом.

— Так случилось, что я рос без отца, — сказал Кощей. — И на самом деле плохо представлял, как должна выглядеть отцовская забота. Я взял тебя в ученики, лелея корыстную цель, но постепенно ты стал мне сыном. Очень хорошим сыном. Таким, о каком я мог только мечтать. Но вряд ли я стал тебе хорошим отцом. Зато я уверен, что отличным отцом станешь ты. Я не мог не дать тебе такой шанс. Я знаю, что ты чувствовал, когда сказал Юле, что не можешь иметь детей. Когда-то я сказал Василисе то же самое. Но она их и не хотела на тот момент. А вот Юля оказалась другой. И я не готов представить, что ты должен был почувствовать в связи с этим. У меня появилась возможность помочь тебе. И, возможно, загладить свою вину. Почему я не должен был использовать ее? Да и на самом деле я очень хочу увидеть твоих детей. Тем более что-то мне подсказывает, что внуков от Златы я буду ждать очень долго.

На столе стояла вазочка с орешками в жженом сахаре. Кощей взял один, закинул в рот. И здесь, на этой кухне, в столь необычной для его отца обстановке Демьян словно взглянул на него по-новому и будто увидел в первый раз, таким, каким еще ни разу до этого не видел. Это был старый, уставший человек, дождавшийся такого долгожданного отдыха и, кажется, правда собравшийся отдыхать. С того момента, как он перестал быть царём, его покинуло напряжение, будто груз власти и впрямь давил ему на спину все эти годы, и он даже стал выглядеть расслабленнее и мягче. Кажется, он устал быть всегда сильным, и теперь это им со Златой предстояло подставить ему плечи. Что ж, они были к этому вполне готовы.

— Вкусно, — сказал Кощей, съев орешек. — Демьян, почему ты никогда раньше не называл меня папой?

— Боялся, что вы скажете так больше не делать, — честно ответил Демьян.

— А почему назвал в тот раз?

— Потому что испугался за вас.

— Почему ты зовёшь меня на «вы», Демьян?

— Потому что вы ни разу не предложили перейти на «ты».

Кощей хмыкнул и взял ещё один орешек.

— Я уже не твой наставник, ты не мой ученик, думаю, если ты согласен, мы можем быть просто отцом и сыном. Что скажешь?

— С удовольствием, — согласился Демьян, все еще пытаясь поверить в происходящее.