Когда его глаза открываются, их радужки становятся темнее ночи цвета индиго.

— Лучшее, что ты могла бы сделать, это уехать.

— И каким образом мой отъезд поможет тебе?

Он снова начинает подниматься по лестнице.

— Антони, каким образом…

— Потому что я мужчина, Фэллон. Мужчина, у которого есть желания, а то, чего я желаю, принадлежит другому. Вот почему!

Я хватаюсь за перила, а он взлетает вверх по лестнице. Его шаги громко стучат по полированному камню, но не так громко, как моё сердце.

— Я никому не принадлежу!

Он снова останавливается.

— Боже, Фэл, ты его пара. Его чёртова пара.

Он говорит это не громко, но его слова как будто разносятся по всему Тарекуори.

— Я не могу с ним соревноваться.

И он исчезает.

А я остаюсь разбираться с последствиями его заявления.

— Имми была права.

— Нет. Антони ошибается.

Я достаточно хорошо изучила выражения лица Ифы, чтобы понять, что она не купилась на мой ворчливый ответ.

— Мне надо выпить вина.

Протиснувшись мимо неё, я начинаю тяжело спускаться по лестнице,

А ещё мне надо задушить Лоркана Рибава за то, что он раскрыл секрет, который отчасти принадлежит и мне. Тем более он обручен! Это, чёрт побери, несправедливо и это, чёрт побери, грубо.