— Чтобы она не стала возражать, если он решит отрубить ему голову?

Презрительный тон его голоса заставляет меня вздрогнуть. Я смотрю мимо колонн храма на чёрное небо, и хотя эльфы не хлопают крыльями у нас над головой, а мы стоим далеко от высоких живых изгородей, окружающих этот ухоженный сад, ничто не мешает им подслушать наш разговор.

— Ты так сильно привязан к голове Пьера, Антони?

Скучающий голос заставляет меня резко посмотреть перед собой, и мой взгляд падет на мужчину, который облокотился на одну из колонн, его взгляд опущен на наши с Антони руки.

Мне следует отойти, чтобы защитить своего друга, но я оставляю свою руку на месте.

— Не особенно, Морргот.

— Тогда не ставь под сомнение мои решения.

Моряк скрещивает на груди свои мускулистые руки.

— Намёк понят. Давай поговорим внутри дома.

Антони сжимает губы, а затем резко кивает и начинает идти по направлению к своему дому.

Лор не сразу следует за ним. Вместо этого он пристально смотрит на Арину, которая уже проглотила всё, что предложила ей Сиб, а теперь нюхает плечо и щеку моей подруги, словно пытается найти припрятанную морковку. Сиб начинает смеяться, и её смех прорывается сквозь моё мрачное настроение и слегка его приподнимает.

— Откуда это животное? — спрашивает он.

Продолжая хихикать, Сиб говорит:

— Таво собирался её умертвить за то, что у неё нет глаза, но Габриэль спас её и привёл сюда вместо убитого ими Ропота.

Я на секунду зажмуриваю глаза.

— Прости, Фэл. Я не хотела, чтобы это прозвучало так резко.

Совладав с эмоциями, я открываю глаза. Несмотря на то, что я не хочу смотреть на Лора или каким-то образом его вовлекать, я сдерживаю обещание, данное новому капитану.

— Габриэль хороший. Что бы ни случилось, что бы ты ни сделал, не трогай его.

Лунный свет падает на лицо Лора, окрасив его в белый, чёрный и золотой цвета. Я не знаю, о чём он думает, и отвожу глаза, не желая проникать в его сознание. С меня хватит этих странных отношений.

Я замечаю, как дёргаются его пальцы, а из кутикул появляются длинные металлические когти.