Озрик резко вскидывается.

– Что? – рычит он. – Что, черт возьми, ты имеешь в виду, говоря, что на нее совершено нападение?

Большинство людей испугались бы, столкнувшись с яростью Озрика, но этот мужчина держится стойко.

– Ей нанесли удар кинжалом, сир. Стоявшие на дозоре стражники нашли ее и еще одного стражника со смертельными ранами.

Озрик отпихивает стражника и вскакивает на своего коня прежде, чем я успеваю осмыслить сказанное.

Мы с Райаттом бежим к нашим лошадям и мчимся в замок, пытаясь не отставать. Втроем мы возвращаемся за рекордно короткие сроки, оставив лошадей в подворье. Когда мы бросаем поводья погонщикам, Оз уже выходит через боковую дверь и бежит кратчайшим путем к садам.

Как только мы оказываемся в замке, я чувствую несомненное потрясение в воздухе. Слуги, сбившись в кучки, шепчутся и быстро разбегаются, завидев нас.

Когда мы выходим в сад, то видим, что он освещается сильнее обычного – в землю воткнули дополнительные факелы, а пространство заполняют дюжины стражников.

– Где она? – гаркает Озрик на первого попавшегося стражника.

– Сюда, Оз! – Он резко поворачивает голову на зов Уоркена, и мы втроем бежим мимо кустарников, топчем цветы и траву, пока не добираемся к центру сада, где журчит фонтан.

Здесь стоят Уоркен, Исали и Барли. Даже Кег стоит возле фонтана, и у всех мрачные лица. Они стоят над телом павшего стражника, и нам приходится их обойти.

Я встаю рядом с ним на колени. Над ним навис один из лекарей в замке и осматривает рану на горле юноши. У лекаря на руках кровь, а еще больше осталось на траве. Слышу, как Райатт бранится себе под нос.

– Где… – Озрик осекается, когда люди смещаются, и его взгляд падает на лежащую за фонтаном фигуру.

Я вижу только края белой юбки и босую ногу, а сброшенная туфля валяется в футе от тела.

Оз летит к ней и падает на колени.

– Черт!

Обойдя фонтан, вижу Ходжата, склонившегося над телом Риссы. На ее груди расплывается пятно крови и торчит серебряный кинжал.

Я не раз видел, как Озрик теряет самообладание.

Видел, как он рычал и вопил, наказывал и убивал. Видел, как он устраивал беспощадную резню, наносил оскорбления и, не проявляя эмоций, равнодушно сыпал угрозами.

Но никогда не видел его таким.