– Она воровка, обманщица!

– Виновна! Виновна!

Я отдергиваю руки от тонких колонн, но сила притяжения не на моей стороне. Золото теперь не стекает медленно с рук. Оно льется из моей кожи, стекает с пальцев и собирается лужей на полу. Оно пропитывает мои обожженные ступни, пачкает подол платья, собирается выше, но его сдерживает какой-то невидимый барьер, который не позволяет ему проникнуть через столбы.

– Виновна!

Мне словно режут запястья и смотрят, как я истекаю золотом. Я не могу остановить поток, но чувствую, как он вытекает из меня, делая еще более слабой.

И тогда я замечаю, что в золоте появляются черные нити.

Сначала это всего лишь одна струйка, которая стекает вниз тяжелой, плотной каплей и разбрызгивается у ног. Затем их становится больше, пока они не растекаются ручейками, будто кто-то плеснул чернил и закружил их в водовороте.

Что это?

Теперь золото льется из меня, и я знаю, что монархи что-то говорят, знаю, что толпа кричит, но у меня звенит в ушах, сердце колотится, потому что эти темные линии… они похожи на…

– Великие боги!

Услышав голос королевы Кайлы, я вскидываю голову. Она показывает на меня, и на лице у нее отражается такое потрясение, что его, без сомнений, видят все.

– Она украла силу и у короля Рота!

Она кричит.

А толпа кричит вместе с ней.

Но я слишком потрясена, чтобы что-то сказать, потому что она права. Это те самые нити, которые Слейд прокладывает по земле, те же вены, которые извиваются под его кожей.

По какому-то жуткому повороту судьбы эти линии гнили расползаются, проникают в мое золото, будто извивающиеся корни, желающие прорасти гнилыми сорняками здесь, у всех на глазах. Гниль прорастает из того единственного фрагмента, оставленного во мне Слейдом, которое, как мы полагали, дремало.

– Она украла силу золотого прикосновения! Теперь она украла гниль! Она может украсть снова!

– Виновна! Виновна! Виновна!

Мой мир накреняется. Спотыкаясь, я иду по скопившемуся жидкому золоту и натыкаюсь спиной на столбы. Мне нужно остановить это притяжение моей магии, нужно погасить ее, но я не могу.

Меня несколько дней поили дурманом, я обезвожена. Мне жарко. Я измучена. Ноги обуглены. Везде, где меня пытала королева Изольта, ощущается одна сокрушительная рана. Моя магия изливается из меня смертоносной и неудержимой силой, и я в ловушке.